Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

26.11.2014

Быть достойным человеком

Константин Валерьевич Антипов, ректор

Несколько лет назад на книжном небосклоне появилась и все сильнее разгорается новая звезда: необычайно разносторонний человек, мечтавший в детстве стать художником-мультипликатором, космонавтом; поступавший в театральный институт, но все‑таки выбравший учебу в МВТУ им. Баумана; личность, с головой погруженная в повседневную работу огромного коллектива и вместе с тем находящая время для церковного хора. Все это – ректор Московского государственного университета печати им. ИВАНА ФЁДОРОВА Константин Валерьевич Антипов.

Личности

Портрет ректора в интерьере

– Георгий Гупало: Думаю, что многим хотелось бы больше узнать про молодого, симпатичного, невероятно энергичного и подающего большие надежды ректора, о котором мы сейчас слышим очень теплые отзывы от совершенно разных людей. Хотелось бы задать провокационный вопрос: Константин Валерьевич, как Вы думаете, чем вызван такой интерес к Вашей особе?

– Константин Антипов: Интерес к себе оценить трудно. И природу этого интереса оценить трудно. Не знаю, не берусь отвечать.

– Г. Г.: Вы же чувствуете постоянное внимание к своей личности. Оно вызвано не только тем, что Вы занимаете большую должность?

– К. А.: Все очень просто. Всякое действие рождает встречное действие. Если ты проявляешь искренний интерес к человеку, то и к тебе проявляют интерес. Важно, чтобы интерес был к человеку, а не к креслу, к должности.

Для меня это совершенно новая сфера, я никогда не занимался полиграфией и издательским делом. Имел к этому отношение косвенное, занимаясь рекламой. И, как правильно заметил Георгий, люди в книжной индустрии все самобытные, потому что отрасль сама по себе совершенно уникальная. По необычности ее можно сравнить только с ракетостроением, с мечтой полететь на Луну, исследовать космос. Когда-то ракетостроение, космонавтика собирали выдающихся, уникальных физиков, и каждый из них стал крупицей, кирпичиком нашей великой и могучей истории. Как только я соприкоснулся с книжным миром, то увидел даже в ближнем окружении множество выдающихся людей. Взять хотя бы Бориса Владимировича Ленского или Бориса Семеновича Есенькина – это же настоящие галактики. Я понял, что нужно просто влюбиться в этих людей.

– Г. Г.: Замечательное начало. Расскажете про Ваши лучшие качества?

– К. А.: Про хорошие не знаю, про плохие знаю почти всё.

– Г. Г.: Тогда рассказывайте про плохие.

– К. А.: Люблю поворчать. Соображаю быстро, а решения принимаю медленно. Тоже плохое качество. И совершенно невыносимое для меня качество – я чрезмерно эмоционален. Иногда категоричен. Не иногда, а очень часто. Из положительных – не амбициозен.

С родителями и старшим братом, 1971 год

Светлана Зорина: Вы стали ректором в 41 год! И при этом не амбициозны?

– К. А.: Я любопытен, любознателен, люблю читать. Вот такие качества.

– С. З.: В процессе разговора, я уверена, их станет больше. В свободное время какую музыку любите слушать?

– К. А.: Люблю Сергея Рахманинова. В школе я увлекался театром, кино, музыкой. Это было частью моей жизни, маленьким кусочком. Даже не могу назвать это увлечением, это просто часть меня. У меня есть шкаф, забитый дисками самых разных композиторов; кого там только нет!..

– С. З.: Ваш музыкальный вкус изменился за эти 10 лет?

– К. А.: У меня нет музыкального вкуса. Люблю слушать Рахманинова, особенно в конце страстной седмицы что-нибудь такое его поставишь – сразу жить хочется. Еще люблю Евгения Догу.

– С. З.: А каково Ваше жизненное кредо?

– К. А.: «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам».

– Г. Г.: Вы сказали, что любите читать. А что именно?

– К. А.: Читательский интерес зависит от настроения, от того, что происходит вокруг меня и внутри меня. Сейчас я читаю для удовольствия. Для себя выяснил, что половина того, что я мог прочесть за прожитые сорок лет, вообще мимо меня прошла, я не проявлял к этому особого внимания или должного интереса либо вообще считал это для себя не нужным.

Вновь открыл для себя Маркеса, Пушкина. «Переоткрыл» в третий или четвертый раз Достоевского, Булгакова и всех тех великих мудрецов и писателей, которые формировали духовную среду XIX–XX столетий.

У меня есть чтение из любопытства: люблю читать мемуары, воспоминания и даже придумки на тему истории. Есть интерес к так называемому «бульварному» чтиву, которое просто поглощает время, разгружает голову, заставляет думать о совершенно иных сюжетах, никак не связанных ни с твоей жизнью, с духовностью, вообще ни с чем, – просто чтение ради чтения.

Путь к вере

– К. А.: Был период в моей жизни, когда я взахлеб читал духовную литературу. Не эзотерику, а духовную православную литературу. Эзотерику на дух не выношу – на помойку, в печку.

– С. З.: Что именно читали из духовной литературы?

– К. А.: Начал с того, с чего все начинают, – с Евангелия, с Библии. Дальше передо мной открылся целый мир, целый пласт литературы. Есть огромное количество замечательных светских авторов. Они жили в России и в XVIII, и в XIX веках. Через эту литературу лучше узнаешь себя, себя в Боге, Бога в себе, больше познаешь человека как творение Божие. Человек перед тобой предстает совершенно иначе. Ну, и собственно мир, мироздание. В один прекрасный момент в моей жизни случился мировоззренческий переворот, внутри меня самого произошла буквально революция, которая изменила и интересы к чтению, и интерес к жизни, переключила на совершенно иные ценности.

– Г. Г.: Что это было? Почему произошел такой переворот?

– К. А.: Я не знаю. В мою жизнь вошла Церковь. Не как институция. Я просто стал воцерковляться.

– С. З.: Когда это случилось?

– К. А.: Это случилось на рубеже моего тридцатилетия. Совсем недавно. К 33 годам я уже стал церковным человеком. Что меня к этому подвигло – не знаю. Кто-то из святых отцов сказал: стоит сделать шаг навстречу Богу – Он навстречу тебе перешагнет Вселенную. В моем случае это так и было. Я только проявил интерес к вере, как что-то во мне шевельнулось. Мне стало жутко интересно: почему миллионы моих сограждан ходят в храмы? Что там происходит, в этих самых храмах, что они читают и что это за люди? Оказалось, что это другая планета. Чем больше я погружался в этот мир, тем больше понимал, что моя жизнь изменится или ее нужно менять. И она действительно стала меняться.

С председателем Издательского совета Московского Патриархата
митрополитом Климентом, март 2012 года

– С. З.: Из книг, которые перевернули Ваш мир и заставили задуматься, какие бы Вы взяли на необитаемый остров?

– К. А.: Книги Ивана Ильина, Алексея Хомякова, архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого). Его «Дух, душа и тело» – одна из любимейших моих книг. Если перед человеком с естественно-научным мышлением встает глубокий вопрос: где Бог в нашей жизни? – Нужно брать эту книжку, открывать и читать. Все становится понятно. Всё, что святитель Лука написал, всё, что он сказал людям в своих проповедях, что стало книгами, что дошло до нас в магнитофонных записях, – всё надо брать с собой на необитаемый остров. Можно назвать еще святителя Николая Сербского, златоуста двадцатого века. Он удивительные книжки писал. Когда читаешь, создается впечатление, что разговариваешь с Богом, – так все просто и понятно. Могу еще упомянуть святителя Феофана Затворника. Состоялось не только знакомство со святоотеческой литературой, но и знакомство с людьми, с большим христианским миром.

– Г. Г.: Я знаю, что Вы даже поете в церковном хоре. Как часто и где это происходит? Где можно услышать поющего ректора?

– К. А.: Еженедельно на каждой воскресной литургии с 7 часов утра. Ректора можно услышать в храме Святой Троицы в селе Заворово Раменского района Московской области. Это 45 километров от Москвы.

– С. З.: Почему не просто сердце потянуло ходить в храм, а захотелось славить Бога в песнях? Как это происходит?

– К. А.: Сначала я был просто прихожанином. В сельском храме удивительная атмосфера, она совершенно отлична от того, что можно увидеть в огромных городах, в огромных храмах, где яблоку негде упасть. В сельском храме, как правило, есть община, я вот в такую общину попал. И стоял где-то около западных дверей, потому что никого не знал. Кстати, и отец мой пришел в этот же храм. Там же он и крестился через год или два, как мы туда попали. Когда ты видишь молитвенное воодушевление, когда вместе с батюшкой пол-литургии все присутствующие в храме поют… Через какое-то время узнал службу – как, что, зачем, что в какой момент происходит. На самом деле это выглядит очень красиво. Особенно красива служба, когда нет театральности, всё по-настоящему, от души. Когда и бабушки, и дедушки, и молодежь в меру своих сил и возможностей, с такой любовью приходят, такую любовь приносят в церковь – все это превращается в нечто иное, в то, чем оно должно быть.

Когда никто не выходит на амвон и все поют «верую», я стал что есть мочи петь «верую». В конце концов бабули стали оглядываться, стали со мной здороваться, а потом подошел отец-настоятель и спросил: «Будешь мне помощником, будешь изучать службу?» Я ничего не знал. Вот так на ходу все и получилось.

– Г. Г.: И сколько лет регентуете?

– К. А.: Я не регентую, это регентством не назовешь. Это просто участие в хоре, ведение службы, если у меня есть время подготовиться. По сути, это любительский уровень. Там некому этим заниматься. Скорее канонарх, который глас знает, как спеть, тон задает. Самая большая ответственность, когда берешь в руки тяжеленный «Апостол», выходишь и встаешь перед амвоном, перед Царскими вратами.

На самом деле если говорить о том, что привело к вере, – это люди привели, Бог привел через людей. В течение длительного времени в моей жизни, как только я об этом задумался, ни с того ни с сего на жизненном пути стали попадаться совершенно удивительные люди, которые для меня являлись и до сих пор являются примером. Кто-то из них здравствует, кого-то из них уже нет на этом свете.

Характер

– Г. Г.: Что Вы больше всего цените в человеке, какие качества считаете важными и что больше всего не нравится в людях?

– К. А.: Я затрудняюсь с определением качеств. Характер может быть замечательный, а человек – подлец. Это когда человек предает, не держит слово. У него может быть прекраснейший характер, человек к себе располагает, с ним интересно общаться, а, как говорят, «в разведку бы не пошел». Или «кумом бы не стал» – у разных народов по-разному это определяется. Что мы подразумеваем под качеством? Если говорить о характере, то это очень простой вопрос. Все мы любим людей благорасположенных, общительных, душевных, открытых. Это вообще ничего не стоит по жизни. Любой человек проверяется в деле. А дела у нас у всех разные. Мне, например, как руководителю приходится общаться с большим количеством людей. Они все замечательные, а деловые качества разные. Есть со скверным, совершенно ужасным характером люди, но при этом профессионалы, добросовестные, исполнительные.

– С. З.: Добросовестность – нужное качество, одно из важнейших, по сути.

– К. А.: Добро-совестность, добро-соседство. Вот сосед тоже может быть милым человеком и быть совершенно поганым в соседских отношениях. Добро-совестность. Совестливость. Совестливый человек – тот, в котором есть совесть и в профессиональных делах, и в личных отношениях. Совестливый человек никогда тебе не солжет. Есть такие примеры, у меня их много, когда лучше поссориться, а потом выяснить отношения. Потому что это добросовестность, а не демонстрация яркости, самости, самовозможности, самовеличия, самоуважения и всего прочего «само-».

Все мы живем с людьми, начиная от собственных семей и заканчивая коллективами, в которых трудимся. Так вот без добросовестности, без добропорядочности ничего не сделаешь, каши не сваришь. Нигде и никогда.

С участниками Третьего межрегионального форума аудиовизуальных искусств МЕДЬ-2014 (Москва-Владимир, октябрь 2014 года)

– Г. Г.: Какие качества не нравятся?

– К. А.: Чванливость.

Университет печати

– Г. Г.: В отношениях с коллегами, с подчиненными что самое важное? Что нужно понимать, чтобы правильно управлять таким большим коллективом, какой есть в Университете печати?

– К. А.: В Университете печати работает около 600 человек. Около половины – педагоги.

По отношению к коллективу нужно быть честным. Нужно видеть дело, видеть человека в деле, а не человека рядом с тобой или около этого дела. Это очень быстро проявляется. Один наш ветеран говорит: «батька», – а у нас разница в возрасте в два раза. «Батька, как ты думаешь, а вот это правильно будет или нет?» Я понимаю, что это добросовестность, он мог бы мне об этом не говорить. И мы принимаем совместное решение без «самости» и «якости». Вопрос в том, как довести до коллектива нашу миссию, – вот основная задача.

– Г. Г.: А что это за миссия?

– К. А.: Формула миссии очень проста. В среднесрочной перспективе – от 5 до 10 лет – Московский государственный университет печати должен стать центром формирования научной, образовательной и профессиональной среды в медиасфере в Восточной Европе.

– С. З.: Грандиозные планы! А говорите, что Вы человек не амбициозный!

– К. А.: Ну да. Эти мои амбиции разделяет коллектив. Есть идеи, а есть амбиции. Амбиции по поводу того, как этого достичь. Наше кредо – это взаимодействие с реальной жизнью отрасли.

С муфтием Москвы и центрального региона, членом Общественной палаты РФ А.Р. Кргановым, апрель 2014 года

– Г. Г.: А в чем это должно выражаться? Как стать лидером?

– К. А.: Очень мало вузов, которые имеют столь же долгую историю, как наш Университет. Очень мало вузов, которые так тесно общаются с отраслью. Это второе наше преимущество. А третье преимущество – мы идем не конъюнктурно, а пошагово, пытаясь стать полезными тем, кому нужны, – будущим работодателям. Не вообще государству, обществу, а издателям и книготорговцам, конкретным работодателям. Речь идет о том, чтобы стать неотъ­емлемой частью индустрии, для которой мы были созданы почти 85 лет назад. Очень хорошо, что это интервью происходит накануне юбилейного года. Желательно, чтобы отрасль на юбилей откликнулась. Мы должны создавать кадры, нужные конкретным предприятиям, по конкретному перечню квалификационных признаков, направлений подготовки, профилю подготовки. Так вот, у нас есть все возможности, чтобы совместно с теми, ради кого мы трудимся, сформировать такого выпускника, который необходим здесь и сейчас. Это если говорить о стратегии.

А если говорить о тактике, то мы идем на ощупь. Потому что в течение последних 20 лет эта работа практически не проводилась. Нужно понять, как сориентировать образовательный процесс на конкретные нужды. Где найти механизмы? Как очень точно, ясно и быстро рефлексировать, то есть отражать запросы конкретных предприятий в образовательном процессе? Мы постоянно в диалоге с отраслью. Слава Богу, принят новый закон об образовании, который дает возможность нам формировать такие структуры, как базовые кафедры, но это отдельный разговор.

– С. З.: Главное, что реализуется практика диалога с отраслью.

– К. А.: Реализуется на конкретных примерах. Разумеется, пока мы не всю отрасль охватили. Мы начали формировать новые профили подготовки, то, что раньше называлось специализацией. Задача – отразить в структуре и содержании образовательного процесса запросы работодателей, тех, кто определяет границу передового края нашей сферы деятельности.

– С. З.: Это задача на ближайшее время?

– К. А.: Это задача повседневная. Мы вплотную приступили к ее реализации два года назад. Тогда этот проект назывался открытой кафедрой, сейчас в законе это называется базовой кафедрой. То есть мы шли впереди закона. Все должно получиться, если только мы необходимы. У меня есть ощущение, что необходимы. Кстати говоря, мы уже не совсем Университет печати.

С вице-президентом Шанхайского университета науки и технологии профессором Чен Бином, октябрь 2014 года

– С. З.: А кто же вы?

– К. А.: Мы – Университет медиасферы. Я и значительное количество моих коллег в Университете разделяем мнение о том, что печать по-прежнему является титульной частью той огромной сферы деятельности, которая называется медиа. Мы должны развиваться и расширяться по всем направлениям современной медиасферы. Ведь современный печатный контент существует в огромном количестве технологических проявлений. Пока это еще печатное слово, а может, и на долгие годы и даже века оно не уйдет. Сегодня мы должны удовлетворять запросы на кадры в медиасфере. Поэтому у нас есть и художники, и журналисты, и рекламщики, и пиарщики. Они все работают со словом, которое существует в разных технологических ипостасях.

– Г. Г.: Есть планы, как это все развивать?

– К. А.: Наладить устойчивое и стратегическое взаимодействие с отраслью. Мы должны стать частью отрасли, а не ее придатком. Образовательная часть, где генерируется профессиональный капитал, не может не быть частью. Современные корпорации создают собственные образовательные центры. Хорошо это или плохо? Я думаю, очень плохо. Потому что даже очень мощная корпорация – вещь временная. Какая бы ни была мощная система повышения квалификации, она пожирает сама себя, потому что нет ничего вечного, начиная с корпоративных правил, установок и прочего. Это должно существовать, но это не решение проблемы. Если смотреть хотя бы лет на 20 вперед, то отрасли нужен всероссийский образовательный центр. Таковым мы должны быть. Источник нашего роста – это правильное позиционирование в образовательной среде и плотнейшее взаимодействие с отраслью.

– Г. Г.: У нас сейчас в книжной сфере далеко не лучшие времена. В чем, с Вашей точки зрения, кроются причины падения и стагнации отрасли? Что нужно сделать, чтобы изменить ситуацию?

– К. А.: Множество причин. Самая простая – нужен читатель. Самая сложная – это структура сложившихся отношений в сфере производства книг.

– Г. Г.: Я бы поменял их местами. Потому что отсутствие читателя – это самая важная проблема.

Жизненные ценности

– С. З.: Давайте вернемся к Вашей личности. Вы сказали, что в 30 лет у Вас произошел жизненный перелом. Как в связи с этим поменялась личностная система ценностей?

– К. А.: Очень сильно все поменялось. Я понял, что много времени потрачено зря. Молодым людям кажется, что они будут молодыми, здоровыми, способными усваивать новые знания вечно. Вдруг я понял, что жизнь – вещь короткая, однажды она завершится, придется подводить итоги. Это основная мысль, которая многое поменяла. У меня появились семья, дети, я стал кандидатом наук. Все кардинально изменилось. Жизнь совершенно перевернулась. И стали сбываться самые дерзкие мечты.

– С. З.: Какие мечты?

– К. А.: Самое фундаментальное – у меня появилась семья, любимая супруга. Она домохозяйка. Пока у меня двое детей. Хотелось бы больше. Вспомнил, что нельзя останавливаться на достигнутом, в том числе и в образовании. Появилась жажда к жизни. Исчезли многие сомнения, мучающие любого человека.

С президентом ТД «БИБЛИО-ГЛОБУС» и НП «Гильдия книжников» Б. С. Есенькиным и исполнительным директором НП «Гильдия книжников» М. Г. Харьковой. Подписание Соглашения о создании базовой кафедры в МГУП им. Ивана Фёдорова, сентябрь 2014 года

– С. З.: А какие были сомнения?

– К. А.: Кому это все нужно? Зачем я учился? А что будет завтра? А послезавтра? Не думай о дне завтрашнем, думай о дне сегодняшнем. Какие-то люди уходят из твоей жизни, другие появляются. Некоторые занимают свое место, которое как будто было для них предназначено. Как будто пазл – раз! – и сошелся, каким-то волшебным образом.

Анкета Марселя Пруста

– С. З.: Мне очень нравится анкета Марселя Пруста. Хочу задать несколько вопросов из нее. Например, Ваше любимое занятие?

– К. А.: Сон.

– С. З.: Если есть свободное время, как Вы им распорядитесь?

– К. А.: Отдам семье. Если я нужен детям, я буду с детьми, если нужен родителям – буду с родителями, нужен братьям – буду с братьями.

– С. З.: Ваше представление о счастье?

– К. А.: Счастье быть с Богом.

– С. З.: А Ваше представление о несчастье?

– К. А.: Противоположность – когда забываешь о финале, живешь страстями. Страстью может быть коллекционирование, женщины, деньги, комфорт. Всего этого в жизни должно быть достаточно. Как сказал царь Давид: богатство течет, не прилепляйся сердцем. Или: ничто с собой туда не заберешь, ни славу, ни честь, ни деньги, ни почет. Вот я смотрю на своего отца и вижу, что он счастлив, ему исполнилось 75 лет, и, когда он взял на руки своего правнука, он прослезился. Я спросил почему, он ответил, что держит на руках человека, которому уже ничего не должен. Вот результат – гармония, человек живет в любви. В этом смысл жизни. Что там за порогом жизни – одному Богу известно.

С лидером байк-клуба «Ночные волки» Андреем Золдостановым (Хирургом), сентябрь 2013 года

– Г. Г.: Был такой святитель Игнатий Брянчанинов. В 15 лет он написал строчки:

Приходит смерть; ее коса лицеприятия не знает:
Равно под нею упадает власть, сила, гений и краса.
Бедняк забвенный, – вот лежит близ богача или героя.
И червь, во тьме могильной роя, главу надменного смирит!

Все это временно и нужно думать о вечном. О том, чем ты закончишь свою жизнь.

– К. А.: На самом деле – чем ты заканчиваешь каждый свой день. Или каждый прожитый час.

– С. З.: Вы в конце дня подводите итоги?

– К. А.: Подвожу и даже кое-что записываю. Всего 15 минут моей жизни на это требуется, но это, может быть, самые главные 15 минут. И с утра то же самое. Нужно прийти в себя, отдышаться, вспомнить о том, что в суете мы не замечаем самого главного – людей, насущных проблем. Живем в суете и не замечаем важные вещи.

– С. З.: Когда подводите итоги, Вы в целом удовлетворены тем, что делаете?

– К. А.: Нет. Объем моих обязанностей и моей ответственности не дает мне просто радоваться прожитому дню. Всегда много недоделанного, много и того, что и завтра не сделаешь.

– С. З.: Но если есть задача и Вы ее понимаете, значит, с каждым днем приближаетесь к ее решению?

– К. А.: Короля делает свита, а руководителя делает команда. Очень много времени ушло на формирование команды. О некоторых вещах я вообще перестал беспокоиться, потому что есть профессионалы, способные добросовестно решать поставленные задачи. Одно из достижений последних трех лет – я освобожден от рутинных вопросов, и у меня появляется время съездить в важную командировку, заключить ключевые для Университета соглашения либо уделить время разработке стратегии развития Университета. Сейчас я занимаюсь планированием приемной кампании 2015 года. Я об этом даже мечтать не мог 2 года назад. Мы первый день открытых дверей провели уже 11 октября! Мы уже занялись приемом следующего года.

– С. З.: Прошло всего три года с момента Вашего ректорства, а так много изменилось.

– К. А.: Вы спросите у тех, кто работает в Университете. Кто-то считает, что все меняется к худшему, другие считают, что Университет просто не узнать – таким он стал замечательным. У кого-то ситуация улучшилась, у других ухудшилась.

– С. З.: Какие качества нужны ректору, чтобы успешно руководить таким большим коллективом?

– К. А.: Нужно быть терпимым, быть оптимистом, любить людей. С другой стороны, нужно быть жестоким, прагматичным и спокойным.

– С. З.: Очень сбалансированные получаются качества.

– К. А.: Нет, они не сбалансированные. Порой перевешивает одно, порой другое. Очень непросто сохранять этот баланс.

Выбор пути

– С. З.: Вы обладаете целой палитрой разнообразных качеств. И на церемонии награждения конкурса «Ревизор» мы увидели ректора в блестяще исполненной роли Ревизора. Совершенно новые грани таланта открылись. А кем Вы хотели быть в детстве?

– К. А.: Сначала – художником-мультипликатором. Потом, как и многие, – космонавтом. Стал читать всякие технические книжки, все, что было доступно. Потом захотел стать артистом, потом физиком, химиком, инженером. Даже поступал в театральный институт, но все-таки выбрал МВТУ им. Баумана.

С народным артистом СССР, депутатом Госдумы РФ, почетным профессором МГУП им. Ивана Фёдорова И. Кобзоном, май 2014 года

– Г. Г.: Ничего себе! И почему не состоялось?

– К. А.: Испугался, я не видел там своего будущего. Одновременно с этим я год учился на подготовительных курсах в МИФИ и два года – на подготовительных курсах в МВТУ им. Баумана. Бауманка покорила меня своей романтикой, настоящим аристократизмом. Когда я побывал на кафедрах, я влюбился в это настолько, что на всем остальном поставил крест и не жалею об этом.

– С. З.: Актерский талант помогает Вам в жизни?

– К. А.: Если говорить о перевоплощении, то я стараюсь не перевоплощаться, я просто маску надеваю. Я в себя другую личность не впускаю. В этом смысле я плохой актер, я скорее лицедей. Конечно, говоря со студентами, нужно быть ректором-отцом, авторитетом. И я могу таким быть, не ломая себя, потому что это часть моей натуры. Говоря с педагогами и коллегами, я несколько иной. Это касается не столько лицедейства, сколько навыка коммуникации. Выступать перед большой аудиторией – это огромный труд. Мне актерство помогало и лекции читать, и диссертации защищать, и с коллективом общаться. Это просто некая коммуникационная пластичность. Нужно уметь находить общий язык с аудиторией. Жить в предложенных обстоятельствах, не ломая себя. Я тот же перед любой аудиторией. Главное – быть искренним, быть самим собой.

– С. З.: Какие ближайшие задачи Вы перед собой ставите?

– К. А.: Основная задача – жить достойно. Быть достойным человеком. По крайней мере, в глазах своих детей, родителей и своего коллектива. Для меня их оценка очень важна. Не стыдиться самого себя ни за слово, ни за поступок.


© Опубликовано в журнале "Книжная индустрия", №9, ноябрь, 2014


Еще новости / Назад к новостям