Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

05.10.2014

Формула успеха Бориса Есенькина

Борис Семёнович Есенькин, генеральный директор Торгового Дома

Нет, пожалуй, ни одного москвича и частого гостя столицы, который не знает о существовании магазина «Библио-Глобус». Многие миллионы людей побывали в его гостеприимных стенах, и можно уверенно сказать, что за год магазин вмещает в себя среднее европейское государство, включая грудных детей и стариков. Магазин этот давно уже перестал быть обыкновенным торговым помещением для продажи книг. Он, скорее, клуб по интересам, целый мир просвещения и знаний, мир, в котором нет границ и все страны, народы, культуры дружат между собой.

Его творец и создатель – Борис Семёнович Есенькин, 75‑летие которого в августе этого года отметила вся книжная Москва (да и не только Москва, и не только книжная). Борис Семенович часто подчеркивает, что все работники книжной отрасли – просветители. О просветителях и просвещении, о жизни, об успехах и поражениях, о работе и хобби, но самое главное – о Книге мы, Светлана Зорина и Георгий Гупало, сегодня поговорим с одним из заслуженных и уважаемых людей отрасли.

Личности

Найти себя

– Георгий Гупало: Начнем, как всегда, с главного вопроса: что такое жизнь?

– Борис Есенькин: Жизнь – это созидание. Нужно творить, нужно открыть себя прежде всего, свое эго. Для чего ты пришел в этот мир? Вот как об этом Эйнштейн написал:

Формула успеха А. Эйнштейна: «A = X + Y + Z. А – это успех, X – работа, Y – игра, Z – молчание».

– Светлана Зорина: Интересная формула. А вот как бы Вы ее интерпретировали?

– Б. Е.: Что такое успех? Нахождение себя. В чем твоя жизнь, твое творчество? Пробуешь, ошибаешься, снова пробуешь и потихонечку находишь. В детстве я жил в Марьиной Роще. Однажды залез на чердак – любопытно было посмотреть, что там. И нашел настоящее богатство: граммофон, книги, марки, открытки, монеты. Мама работала в «Детской книге», откуда и приносила мне мои первые книжки. И так начался процесс моего формирования, хотя я тогда этого, конечно, не понимал.

С 1964 года, читая книги, я начал делать записи. Это не дневник – это мысли, прочитанные мною, мальчишкой, и мне полюбившиеся, а еще мои собственные первые жизненные наблюдения. Я делал вырезки из «Книжного обозрения» о литературе, которая меня интересовала, и вклеивал их в эту тетрадь. В армии выписывал приложения к «Огоньку» и отсылал домой. У нас с матерью было на двоих 8 метров жилой площади. Я устроил навес и там хранил свои книги.

Есенькин_02.jpg

В книгах я и нашел себя. Сказать, что я внутри книжник, – глупо. Сказать, что я обречен на работу с людьми, – тоже неверно. Сказать, что я обречен работать с книгой, – это да. Я всегда интересовался книгами и к ним пришел. Вот это и есть тот первый элемент, который я в себя заложил. Вначале книги были моим хобби, а потом стали работой. Совместились хобби и работа, а это и есть успех. Поэтому я и говорю, что, когда человек нашел себя, это счастье. Успех зависит от сложения всего, что есть. Надо найти себя.

– С. З.: Если вернуться к формуле Эйнштейна, что в ней есть игра и что молчание?

– Б. Е.: Работа – это когда идет осмысление. У тебя, может, нет нужного опыта, люди тебя подводят. И тут ты должен подойти к моменту, когда осознанно «входишь в театр». А театр – это игра. Вот я сейчас одну роль играю, вы – другую. Это и есть игры, в которые играют люди. Что такое молчание? Наступает момент, когда у тебя накопилось много всего, и тебе хочется поделиться всем этим интеллектуальным потенциалом. Вот у нас есть «Гильдия книжников», есть Университет печати, будет кафедра на базе «Библио-Глобуса», и ты входишь туда, куда вроде бы тебе и входить не надо, но ты входишь, потому что по природе должен передать весь этот накопленный потенциал – близким, родственникам, тем, с кем работаешь. А затем надо тихо и спокойно отойти и никого не волновать.

– Г. Г.: Соединяются работа и игра, а молчание в чем?

– С. З.: Мне тоже показалось, что когда накопленным опытом хочется поделиться, то где же здесь молчание?

– Б. Е.: Очень важно, чтобы те, с кем ты работаешь, тебя понимали. Легко работать с теми, кто тебя интуитивно понимает, когда тебе не надо много разговаривать и объяснять.

С. З.: То есть молчание как высшее совершенство?

– Б. Е.: Абсолютно точно.

Г. Г.: Так, значит, если сложить работу, игру и молчание, то получается успех. Борис Семёнович, Вы считаете себя успешным человеком?

– Б. Е.: Да.

«Воспринимать мир таким, какой он есть»

– Г. Г.: Об успехе мы поговорили. А все‑таки в чем смысл жизни? Ради чего человек живет на этом свете? Для чего живете Вы?

– Б. Е.: Я живу для созидания. Мы теряем свои корни – это самое страшное. Я здесь для того, чтобы вспомнить просветителей, которых мы забыли, чтобы транслировать их идеи, чтобы заложить еще один кирпич в фундамент, который называют просвещением.

– Г. Г.: Я бы полностью согласился с Вами, если бы не одно обстоятельство. Если человек отдает себя полностью работе – это замечательно, но ведь есть же еще семья, спорт, хобби…

– Б. Е.: Надо поддерживать форму. Это питание, физика и интеллект. Есть надо не слишком много и то, что тебе надо. Физика – нужно постоянно поддерживать физическую форму. И надо поддерживать свой интеллектуальный уровень.

Я ложусь в час, в два, а просыпаюсь уже в 4–5, и – эврика! Мысли, которые весь день бродят, утром приходят стройными рядами, сложившись в какую‑нибудь идею.

Формулу жизни, о которой мы с вами рассуждали в начале беседы, можно разбить еще на много элементов. Прежде всего это твои корни. Это базис каждого из нас. Если его нет, то ты никто. Мои бабушка, дедушка, два дяди, мама и жена – они все похоронены на кладбище в Марьиной Роще. Почти каждую неделю я бываю на этом кладбище, разговариваю с ними, докладываю, что происходит. Это мое, и этого у меня не отнять. Они дали мне жизнь, вложили интеллект, и я им за это благодарен. И все это я передал дальше, своим детям.

Второй момент – это познание. Весь мир познать невозможно. Но что такое библиотека для человека, для человечества? Это огромное вместилище жизни, жилище творцов, которые оставили нам все свои познания и открытия. С ними можно разговаривать, делиться своими мыслями.

Интересы у всех разные. Я продолжаю то, что дед оставил: собираю монеты, марки. Мне это интересно. У меня коллекция марок с 1865 года.

Еще я собираю библиотеки: сделал их для сына и для дочери, на даче и дома. Меня везде окружают книги. Это не хобби – это присутствие тех людей, с которыми интересно, с которыми можно разговаривать. Я иногда пишу, но откуда все это приходит – не понимаю. То, что во мне есть, – этим я насытил себя из книг, из общения с великими людьми. Это и есть работа над собой, когда ты постоянно получаешь подпитку. Отсюда и возникают мысли.

– С. З.: Вы назвали авторов, которые сформировали Вас. Здесь Ницше, Адлер, Конфуций, Цвейг, Макиавелли, Кант, Есенин, Евтушенко, Солоухин. Какой спектр и разнообразие!

– Б. Е.: У всех этих авторов есть строки, которые запали в душу, которые сформировали меня. Они касались моей жизни в ту или иную ее минуту. Я перед многими авторами просто преклоняюсь. Это великие люди: их били, ругали, они никому не нужны были, но они оставили свой след в истории. Вот как Солоухин пишет о природе? А кто сейчас о природе ТАК пишет? Никто. Как можно без Аристотеля, без Сократа? Это наш фундамент, без него нельзя. Что касается Ницше, Фрейда – это наша жизнь, наши взаимоотношения. В жизни есть много несправедливости. Как это пережить? Сердца одного на это не хватит. Значит, надо научиться воспринимать мир таким, какой он есть. Мы не сможем его изменить. Мы можем своим творчеством, созиданием чуть‑чуть способствовать его изменению к лучшему, добавить свои миллиграммы добра и нравственности к тому, что накопило человечество.

Увлечения

– С. З.: Говорят, что Вы любите цветы. Ими украшен интерьер «Библио-Глобуса». А что для Вас цветы?

– Б. Е.: Я вообще очень люблю природу. Как‑то был в Кисловодске и увидел огромное поле маков и роз. Я чуть не задохнулся, увидев эту красоту! Когда бываю за городом, то обязательно прохожу 5–6 км – зимой на лыжах, летом на велосипеде. Близость к природе нас подпитывает. Когда долго не бываю на природе, то даже заболеваю. Очень люблю баню, люблю париться – с детства. Все это доставляет мне удовольствие.

– Г. Г.: А какие Вы марки собираете?

– Б. Е.: Периодика, искусство, космос.

– Г. Г.: Три темы? Почему именно эти?

– Б. Е.: Они мне ближе по духу. Искусство – это святое, его можно созерцать, как природу. Если в комнате висит картина, а на ней природа, хороший пейзаж – мне уютно, приятно. Раньше мы картины редко видели. Кто нас в Третьяковку водил? А на марках это можно было увидеть. Например, так я впервые познакомился с творчеством Куинджи.

А космос – это то, чем я занимался: ездил на космодром Плесецк, встречался с людьми, которые побывали в космосе. Это оставило глубокий след, обогатило меня.

– Г. Г.: Большая коллекция марок?

– Б. Е.: Эта коллекция досталась мне от деда, который начал ее собирать в 1885 году. А сколько марок, я не считал. Есть полка в 3–4 метра, вся заполнена альбомами.

– С. З.: Монеты тоже пошли от деда?

– Б. Е.: Да, но в моей коллекции монет в основном советский период.

– Г. Г.: А вы изучаете историю появления той или иной монеты, купюры?

– Б. Е.: Тут помогают специалисты, самому понять ценность экспоната часто просто невозможно. Но конечно, когда есть свободное время, я читаю и смотрю специальную историческую литературу, в том числе и о монетах.

– С. З.: Вы разносторонний человек: природа, цветы, коллекционирование монет, марок… А какие художники вам близки? Вы упомянули, что у Вас дома много картин.

– Б. Е.: Я просто покупал то, что мне нравится. Люблю природу, поэтому всё, что связано с природой, мне близко. Я рядом с домом посадил елки, которые привез из леса. Одни меня ругают, зачем я это сделал, а другие с детьми гуляют, говорят «спасибо».

– С. З.: А если говорить о театре, кино, музыке – здесь какие у Вас предпочтения?

– Б. Е.: Театр очень люблю, музыку классическую тоже. Мы даже выпускали фирменные диски «Библио-Глобуса» с классической музыкой. Мне нравятся Григ, Рахманинов, Вивальди.

– С. З.: Музыка – это тоже часть нашего мироощущения, философия, выраженная в звуках.

– Б. Е.: Да, конечно. Ты же фантазируешь. Музыка и природа – ты как бы находишься в этом пространстве. Оно поддерживает твой внутренний жизненный потенциал. Оно бодрит и постоянно обновляет тебя. Когда я путешествовал по Алтаю, к Красноярским Столбам, у меня даже была мечта уйти туда жить, остаться наедине с природой. Я там строил дома и видел местных жителей, ненцев. У них совсем другая жизнь.

«Лучше гор могут быть только горы»

– С. З.: Мне хотелось бы еще поговорить о спорте. Вы говорите, что нужно поддерживать себя в тонусе. Я знаю, что Вы и плаванием занимаетесь, и горными лыжами, и в экспедицию собирались?

– Б. Е.: Дочка меня не пустила. Собирались на Джомолунгму с Федором Конюховым. Вот это мое! Когда с Эльбруса видишь огромный шар солнца, который плывет где‑то там внизу, это остается на всю жизнь. «Лучше гор могут быть только горы». Конечно, горы – это стресс, но он необходим организму.

Сколько себя помню, и себя, и детей держал в тонусе. Моя дочь Юля – мастер спорта по художественной гимнастике. Сам я тоже всегда чем‑то занимаюсь. Сейчас вот теннис, велосипед, физподготовка и растяжка. У нас многие мышцы не работают по разным причинам, застаиваются, появляются боли. Вот по понедельникам и пятницам хожу с утра на фитнес, по средам – теннис, в выходные, если выезжаю куда‑то, то велосипед или ходьба. А зимой – горные лыжи.

– Г. Г.: Больше всего любите горы?

– Б. Е.: Да!

– Г. Г.: Где удалось побывать?

– Б. Е.: Красноярские Столбы. Алма-Ата, Симбулак. Карпаты. Под Ленинградом. За рубежом – в Австрии, Италии, в Альпах, в Германии, Испании, Андорре. Естественно, Кавказ.

– Г. Г.: Это Вы имеете в виду горные лыжи, или походы по горам тоже были?

– Б. Е.: Восхождения тоже были. На Эльбрус. В 1962 году я закончил курсы по горному туризму, и мы первый раз поехали сдавать нормативы. Нас учили, как бегать по горам, как спускаться, как прыгать. Как самый «тяжелый», всегда шел последним в группе. Там и поломался – поскользнулся с двумя рюкзаками. Это было на переходе из Домбая в Сухуми. Потом группы по Кавказу водил. Довелось мне с известным альпинистом Пал Палычем подняться к Приюту одиннадцати и Приюту Пастухова. Там постоянно находишься, как на войне. Здесь я впервые увидел солнце внизу – этот шар огромный, и как радуга играет. Зрелище меня просто потрясло.

Для каждого человека горы – это личный подвиг, постоянный стресс, постоянная опасность. И ты должен быть обязательно «в связке». Такая преданность друг другу – это великая вещь. Война и горы – это то, что делает человека. Кто это прошел, тот совсем другая личность.

О книжной отрасли

– С. З.: Сейчас рассматриваются поправки к Закону о культуре. Должны ли мы как отрасль быть более активными, и в чем, по Вашему мнению, должно заключаться наше участие?

– Б. Е.: В свое время я был причастен к разработке Закона об образовании и Закона о Торгово-промышленной палате. Я читал эти законы и был в ужасе, так как они не отвечали никаким требованиям. Мы потеряли детский сад, школу, профтехобразование, потеряли специалистов среднего звена. Что такое бакалавриат? Это ничто. Студент просто прослушал курс и получил «корочки» о высшем образовании.

В роли Козьмы Солдатенкова

Поэтому мы опять приходим к рабфаку, сами будем готовить специалистов для себя. В СССР было много положительного. Министерства готовили для себя специалистов, они знали, кто им нужен. Была система. Тогда были стандарты. А сейчас – как хочешь, так и выпускай книгу. Закон об издательском деле нужен? «Нет», – говорят издательства. Не нужны им стандарты. Можно только показывать своим примером, по‑другому невозможно. Общественные организации сейчас очень разрознены. Нет фундамента. Ну, провозгласят что‑то, и что дальше? Кого это цепляет? Нам нужна статистика: сколько у нас книжных магазинов, сколько выпущено книг и т.д. Без статистики ничего невозможно. Роль общественных организаций практически сведена к нулю. Я работаю с издателями и с потребителями. Остальных я обязательно слушаю, но не вмешиваюсь.

– С. З.: Люди – это основа нашей работы, основа всего. Какие качества Вы цените в людях?

– Б. Е.: Во-первых, человечность. Любовь к ближнему. И интеллект, чтобы не было пустоты во взаимоотношениях, чтобы мы постоянно обогащали себя. И чтобы нам все время было интересно. Когда мы разговариваем с иностранцами, мы всегда говорим о конкретных вещах. Когда что‑то обсуждаем друг с другом, то часто говорим о постороннем, о том, что никому не нужно.

– С. З.: Это что, особенность нашего русского менталитета?

– Б. Е.: Да. Говорим ни о чем, здесь – так, а там – иначе. А наши дети и внуки всё это слушают. Получается двойная жизнь.

– С. З.: И если мы говорим ни о чем, то получается пустота, созидания нет? А ведь Вы правильно говорите, что смысл жизни – в созидании.

– Б. Е.: Да. А еще я всегда считал и считаю, что жизнь – это борьба. Это не значит кого‑то убивать. Это борьба за себя и за то, чем ты занимаешься. Люди, которые тебя окружают, могут иметь разные точки зрения, но они должны любить дело, которым занимаются. Без любви здесь делать нечего. Без любви ничего невозможно сделать.

Мечты

– Г. Г.: Это Вы здорово сказали. Хотелось бы услышать, о чем Вы мечтаете, что хотели бы еще сделать в своей жизни.

– Б. Е.: Создать магазин-трансформер. Трансформер – это то, что можно всегда поменять, воспроизвести в зависимости от ситуации. Мы тоже становимся трансформерами, постоянно находимся в положении, когда нужно делать сегодня одно, завтра другое. Мы работаем с покупателем, постоянно нужно что‑то такое, чтобы его привлекать. Вот этот трансформер и надо построить!

– Г. Г.: Ваше пожелание читателям?

– Б. Е.: Чтобы не потеряли книгу. Книга бессмертна. И только человеческая глупость может ее уничтожить.



© Опубликовано в журнале "Книжная индустрия", №7, сентябрь, 2014


Еще новости / Назад к новостям