Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

24.05.2017

Михаил Кожевников: «Наша задача – помочь регионам раскрыть весь потенциал человеческого капитала…»

Михаил Кожевников
исполнительный вице-президент АО «Управляющая компания “Просвещение”»

Светлана Зорина
главный редактор журнала «Книжная Индустрия»

Книга является одним из важнейших элементов образовательного пространства, и востребованность учебных изданий у россиян даже в условиях непростой экономической ситуации говорит о высоком инвестиционном потенциале этого сегмента книжной отрасли. Но, конечно, как и любая другая классическая книга, учебник вынужден сегодня «искать себя» в онлайн-пространстве, а учебные издатели – корректировать свои подходы и концепции, дабы оставаться востребованными в меняющемся мире. О том, какие цели и задачи ставит для себя одно из крупнейших издательств России, над какими проектами работает и что готово предложить современной школе, – в разговоре с Михаилом Юрьевичем Кожевниковым, исполнительным вице-президентом АО «Управляющая компания “Просвещение”».

– Сегодня мы переживаем серьезное изменение парадигмы в сфере контентной индустрии. Меняются подходы к созданию, «упаковке» и продвижению издательской продукции в образовательной сфере. Как на эти вызовы реагирует издательство «Просвещение»?

– Мы расширяем формат своего присутствия на рынке. «Просвещение» на сегодняшний день – это не столько издательство, сколько образовательный холдинг, у которого есть серьезные задачи помимо производства контента. В его составе – Академия «Просвещения», которая осуществляет функции, связанные с организацией образовательного процесса, т. е. обучение учителей, работа с одаренными детьми и с детьми с ограниченными возможностями. Академия также занимается всем, что связано с использованием новых технологий в образовательном процессе, диагностикой и критериями оценки образовательных результатов. Отдельный блок в нашей компании занимается моделированием образовательной экосистемы школ и детских садов, то есть всем, что касается среды, в которой будут учиться дети, чтобы получить нужный образовательный результат: техническими средствами, лабораторным оборудованием и пр. Мы стараемся держать в фокусе нашего внимания не столько контент, сколько целевые установки, смысл получения новых знаний и навыков. Если мы что‑то делаем, то всегда задаемся вопросом: зачем? Зачем это нужно родителям, детям, школе, стране? Если на этот вопрос удается найти ответ, то реализуются интересные проекты по созданию моделей классов, детских садов. Безусловно, книга остается фундаментом образования, но ее роль изменилась довольно сильно. Если раньше издательство распространяло содержание учебных материалов, то сейчас оно распространяет смысл его использования: зачем вам нужен контент, что вы хотите получить с его помощью, чему научиться, что узнать или сделать? Всегда есть конкретные смыслы использования информации, и только они важны. Потому что со временем ценность и стоимость контента стремятся к нулю, ведь уже сейчас в интернете можно найти любую книгу.

– Если стоимость контента девальвируется, нужно искать пути создания новой стоимостной цепочки, искать новые формы представления содержания. Какие возможности и перспективы открываются перед издателями учебной литературы?

– Я бы даже не использовал слово «стоимость», оно коммерческое, а мы говорим о вещах, связанных с сознательным интеллектуальным трудом, поэтому давайте говорить о «ценности». На сегодняшний день ценностью является любое умение, которое позволяет человеку в этой жизни добиваться того, чего он хочет. Важно учить понимать свои желания и использовать все средства и весь существующий контент для реализации своих стремлений. Нужно научиться использовать контент исходя из того, что ты хочешь сделать. Эти навыки правильной навигации на сегодняшний день и представляют наибольшую ценность для детей и их родителей. В этом, скорее всего, и заключается будущее образования. Уже сегодня благодаря техническим средствам образование индивидуализируется: «Я буду учиться тому, чему я хочу», – потому что есть возможность доступа. Сегодня можно изучать любой язык, любой предмет, любую тему в любом объеме, за деньги или бесплатно, используя определенные программы. И важно только то, как ты эти знания применяешь, конвертируешь в достижение своих целей.

– И здесь очень помогает электронная образовательная среда, ведь новые технологии способствуют созданию индивидуальных траекторий?

– Конечно, без электронных образовательных ресурсов это было бы невозможно. Потому что они позволяют диагностировать твои достижения, давать рекомендации, и при достаточной мотивации человек может дальше двигаться сам. Но сегодня для детей и большинства взрослых образование – это преимущественно императив, внутренней мотивацией обладает очень небольшое количество людей. По-прежнему обучение – это главным образом процесс взаимодействия с учителем, и никак по‑другому ни в одной другой стране этот вопрос не решился и в обозримом будущем не решится, потому что без взаимодействия с учителем эффект от образовательного процесса совсем другой. Учитель играет ключевую роль в мотивации ученика на достижение определенных результатов.

– Каким образом печатный учебник издательства «Просвещение» интегрируется и взаимодействует с электронной средой? Нет ли между ними противоречий?

– Все, что мы делаем на сегодняшний день, мы делаем очень аккуратно, шаг за шагом. Постепенно переводим имеющийся контент печатных изданий в цифровой формат, ведь есть определенные требования, которые Министерство образования предъявляет к учебникам Федерального перечня, и все издательства обязаны их соблюдать. Кроме того, мы внимательно изучаем направления и форматы развития электронного содержания, понимая, что основная его ценность заключается в возможности постоянной диагностики результатов обучения, а значит, наша задача – связать его с диагностическими модулями. Без диагностических модулей электронный контент может быть только бесплатным, покупать его никто не будет. А вот как правильно сконструировать эти диагностические модули – только ли привязывая к ЕГЭ и проверочным работам, или существенно расширяя диапазон измерителей, – это уже задача профессионалов. Я думаю, что в ближайшее время появится набор новых измерителей, которые будут и родителям, и педагогам давать возможность ранней диагностики развития детей в самых разных областях, начиная с развития эмоционального интеллекта и заканчивая подготовкой ко всем экзаменам, которые на сегодняшний день присутствуют в школьной программе.

– Вы говорили о навыках навигации, это очень важное дополнение. Именно электронные образовательные ресурсы позволяют находить много дополнительных материалов по той или иной теме, способствуя повышению качества образования по предмету…

– Я недавно услышал девиз успешных молодых людей: «Выброси карту – купи компас». Это очень актуально в условиях неопределенности, непредсказуемости современного мира. Если ты живешь по шаблонам и пытаешься экстраполировать предыдущий опыт в будущее, ты часто терпишь неудачу, а выигрывают, как правило, те, кто умеет ориентироваться в моменте. То есть карта устаревает, ведь мир меняется, масштаб меняется очень быстро. Но если человек умеет ориентироваться на местности при помощи подручных средств вроде компаса или звезд, то он всегда выиграет, найдет короткий путь. То же самое в интернет-среде. Когда ты начинаешь путешествие за смыслом, пытаешься искать то, что тебе нужно, то задача «Просвещения» – сделать этот путь более простым и понятным, чтобы ребенку и родителю не пришлось тратить массу времени для достижения нужного в данный момент результата. И, конечно, для этого мы будем использовать и элементы онлайн-обучения с участием учителя, и диагностические модули разного рода, например быстрое тестирование или более глубокую диагностику с расширенными критериями оценки. Все это позволит при желании углубляться в любую интересующую тему настолько, насколько хватит времени и желания.

Пока большая часть предложенных решений привязана к определенным платформам, оболочкам. Но это вчерашний день. Сегодня можно разговаривать об экосистеме, которая будет открыта для всех и в которой можно будет по запросу получать любой образовательный продукт или желаемый образовательный результат, включая навигацию по офлайн-ресурсам, например, как возможность развивать те интересы ребенка, которые выявлены на ранней стадии диагностики.

– Но все же печатная форма учебника останется?

– Пока она никуда не денется. Наша задача как бизнеса – максимально снизить для себя риски перехода от печатной формы к электронной. И если завтра нам скажут, что печатные книги больше не нужны, в школе все будет электронное, то мы должны быть готовы отказаться от печатного формата в один день. Для этого у нас уже должна быть создана принципиально другая бизнес-модель, включая весь контент и операции с ним. И такой момент наступит рано или поздно.

– Каким Вам видится идеальный школьный учебник будущего, если, скажем, дать прогноз на ближайшие 15–20 лет?

– Я не вижу учебник будущего в виде классической книги. И не верю, что могут быть идеальные печатные учебники и что их можно создать на сегодняшний момент, потому что научить по статичной книге всему, что нужно для жизни в условиях неопределенности, на мой взгляд, невозможно. Если мы говорим про учебник как экосистему или некую среду, то идеальной для этого пространства могла бы стать такая структура, которая обеспечивала бы максимальную скорость достижения результата для каждого участника образовательного процесса. Мир так быстро меняется, что время становится очень серьезной ценностью, и тратить его люди будут очень вдумчиво, особенно на образование.

– Не противоречит ли это тем навыкам и компетенциям, которые были заявлены на мировом экономическом форуме в Давосе, где в списке актуальных навыков к 2020 году лидируют критическое мышление, творческий подход, комплексное решение проблем, то есть те качества, которые априори являются преимуществом человека перед машиной? И воспитать эти качества у ребенка, развить их способен именно человек, а не компьютер. Но российское образование сегодня все больше движется в сторону онлайн-решений, замещая компьютером (планшетом) общение ученика с учителем. Как справиться с этой дилеммой?

– Я не сказал, что обучение будет только электронным. Да, онлайн-ресурсы существенно углубляют процесс, но без учителя очень сложно мотивировать ребенка на изучение того или иного предмета. Потому что дети – очень правильные создания, им нравится кушать, спать, гулять и играть, и мотивировать ребенка на образование можно только через внутреннее любопытство, интерес, смысл, который ребенок увидит для себя сам, и это, конечно, очень сложно сделать в неодушевленном формате без учителя. И требования к роли учителя в обществе будут только возрастать, а мы приложим все усилия к тому, чтобы это происходило как можно быстрее. Статус учителя в обществе, его значимость и качество его работы – чрезвычайно важный момент для достижения успеха в минимальные сроки.

– В. И. Узун на инвестиционном экономическом форуме в Сочи представил новый проект «диагностики региона» и комплексной дорожной карты развития образования региона. Что представляет собой этот проект, каковы его задачи?

– Мы на сегодняшний день поставили для себя задачу немного сместить акценты в отношении к образованию в стране. Мы говорим о том, что образование – это не затраты, а инвестиции. Если фокусироваться на этом, то понятно, что выделение денег на нужды образования должно сопровождаться четкой постановкой цели вложений: зачем мы вкладываем деньги в это, что получается в итоге? Потому что инвестиционный подход требует возврата инвестиций, в отличие от затрат, которые не возвращаются. По каким критериям оценивать эффективность возврата – это уже предмет обсуждения, но понятно, что для регионов образование становится очень сильным ресурсом, который, с одной стороны, призван обеспечить привлекательность региона для жизни в нем большого количества людей, а с другой стороны, позволить региону обеспечить себя всеми необходимыми профессиональными кадрами для развития своей экономики. И без правильно настроенной системы образования сделать это будет очень трудно.

– Какова здесь ключевая роль «Просвещения»? Оно становится социальным интегратором региона?

– Именно. «Просвещение» становится образовательным интегратором, который способен настраивать систему образования под заданные критерии развития тех экономических кластеров, которые регион у себя собирается развивать, под те социальные программы, которые регион создает, под общие задачи, которые регион решает, под культурные традиции, которые регион имеет. Россия – бесконечно богатая страна, и самое серьезное ее богатство – это человеческий капитал. Наша задача – помочь регионам раскрыть весь потенциал человеческого капитала, который у них есть, и привлечь новый человеческий капитал, чтобы Россия была страной, привлекательной для жизни, для развития.

– Это невероятно масштабный проект, очень сложные задачи. Каким образом планируется его осуществление?

– «Просвещение» всегда было частью образовательной системы, которая решала глобальные задачи: ликвидация безграмотности в масштабе страны в 1930‑е годы, инженерно-техническое образование в послевоенной России, – то есть выступало драйвером решения глобальных задач. Конечно, у нас нет никаких иллюзий, что мы справимся с этим самостоятельно. Разумеется, проект будет реализован в партнерстве с крупным бизнесом, который заинтересован в подготовке профессиональных кадров, в партнерстве с правительствами регионов, которые заинтересованы в решении задач по социально-экономическому развитию, и в партнерстве с государством, потому что наша глобальная цель – представлять российское образование в мире через продвижение русского языка, наших достижений в технике и технологии, которые мы сейчас будем активно развивать. Мы немножко отстали в этой теме, но на рубеже 1950–1960‑х годов российское школьное инженерное образование пристально изучалось и оценивалось нашими коллегами в США. И, по словам Дж. Кеннеди, Россия «выиграла космическую гонку за школьной партой». Это многое значит.

– Сегодняшний бюджет образовательного рынка составляет порядка 3 трлн рублей. И по большей части это действительно траты, а не вложения. Качество обучения в общеобразовательной школе и вузах заслуженно вызывает нарекания. Какие реальные проблемы видят специалисты издательства в системе российского образования?

– Самая насущная проблема, которую сегодня решают многие, и «Просвещение» в том числе, – это работа с учителями, потому что в нашем быстро меняющемся и технически продвинутом мире дети подчас развиваются быстрее, чем учителя. Но учителя должны быть впереди детей и для этого вынуждены постоянно учиться сами, и желательно делать это с интересом, охотно, получая от этого результат. И это совершенно нормальная практика. Поэтому мы сейчас в формате Академии «Просвещения» фокусируемся на работе с учителями, на взаимодействии с ними, повышении эффективности и качества их работы, их собственной мотивации.

– В 2018–2019 годах «Просвещение» планирует проведение IPO. Как Вы могли бы прокомментировать этот шаг?

– Я могу прокомментировать только бизнес-логикой. Любая бизнес-компания хочет иметь стоимость, и на сегодняшний день один из таких способов оценки стоимости – это IPO. Публичное предложение акций компании означает, что в мире ее оценивают определенным образом, у нее есть стоимость. На сегодняшний день на российском книжном рынке таких компаний нет. Это значит, что у компаний нет стоимости, и у рынка нет стоимости, и вообще он довольно странный. А так как компания «Просвещение» выходит за рамки книжного рынка, то наша задача – создать стоимость компании, подтвердить ее всеми международными инстанциями и предложить свои акции к публичному владению. Но конкретный срок выхода холдинга «Просвещение» на IPO – вопрос открытый. Для такого важного шага необходима нормализация экономической, политической ситуации в стране и в мире. Мы к этому готовимся, и такие ведущие компании, как PricewaterhouseCoopers, Ernst&Young работают с нами, и в их глазах «Просвещение» имеет реальную стоимость. Это уже достижение для рынка, для нашей компании, и мы будем это достижение развивать.

– В прошлом году была создана Концепция поддержки детского и юношеского чтения. Важную часть этой концепции составляет тема образования и роли школы в формировании личности будущего читателя. Как Вы к этому относитесь? Каким должно быть преподавание литературы в школе, на Ваш взгляд?

– Это сложный комплексный вопрос, и я бы не взялся его комментировать. Я могу сказать лишь то, что развитие чтения – это важная, серьезная задача по формированию большого количества навыков. Умение работать с контентом приходит лишь из опыта чтения, кругозора читателя, когда человек начинает понимать, что текст – это не набор букв или определенное количество знаков, а прежде всего смысл, причем не однозначно трактуемый. И в мире неопределенности, многозначности это умение является очень сильным навыком. Вопрос в том, как этому учить и как это развивать, как строить программу развития чтения, чтобы делать акцент на то, что будет восприниматься большинством детей и родителей именно как ценность, а не как повинность. Когда не «мне надо прочитать 100 страниц или 10 000 знаков», а «мне нужно разобраться со смыслом, что‑то придумать на основе прочитанного, что‑то предложить, высказать свое мнение». Такие формы и программы, конечно, будут вызывать большой интерес.

– Да, здесь важны не только навык чтения, но и изложение и передача смыслов. И в этой связи значимо возвращение сочинения в школьную программу. Ведь сегодня современные школьники фактически не умеют литературно грамотно выражать свои мысли, излагать содержание прочитанного…

– Это правда. Зато они умеют излагать смысл в коротких фразах, общаясь в мессенджерах. У них есть свой формат передачи смыслов. И его не надо игнорировать, надо помогать им его развивать. То, что есть в арсенале сегодняшних детей, не надо называть неправильным или вредным. Это их атрибутика, их жизнь, и нужно помогать им развиваться в той атмосфере, в той системе, в которой они живут. И тогда противоречие сразу исчезнет. Потому что смысл можно передавать по‑разному – пространными красивыми текстами или короткими фразами. И научить детей видеть различие в этом, понимать, где какую форму передачи смысла надо использовать и почему надо уметь делать и то, и это, – вот что важно на сегодняшний день. И тогда из формата навязывания мы перейдем в формат диалога и конструктивного взаимодействия разных систем восприятия и в итоге найдем правильное решение.

– Поскольку мы говорим о программе поддержки детского и юношеского чтения, как, на Ваш взгляд, государство могло бы поддерживать чтение? Выделять деньги на зарплаты тем, кто этой поддержкой занимается, на билборды о важности чтения, на конкурсы лучших читателей страны? В каком формате поддержка детского чтения может быть наиболее полезной?

– С точки зрения государства я бы вкладывал деньги в то, что дает результат. Сначала надо определить, что мы будем называть результатом, далее – сформулировать проекты, формы его достижения, а потом в это инвестировать. Потому что разовые вложения в отдельные проекты, гранты – это вновь траты, а не инвестиции. И государство будет воспринимать эти вложения как траты, не видя результата. Чтобы перевести это в формат инвестиций, нужно всегда видеть то, что получится в итоге, и уметь этот итог оценивать, причем не обязательно только в виде прямого финансового результата. И если поддержку чтения рассматривать как инвестиции, то и подходить к формированию таких проектов, их оценке и менеджменту надо по‑другому. Люди, которые что‑то делают, должны понимать, зачем они это делают и что получат в итоге. Если этого понимания нет и стоит задача просто потратить деньги, то это не про бизнес, это другая история.

– Какой Вы видите роль «Просвещения» в процессе поддержки и развития чтения?

– «Просвещение» в этом процессе уже 87‑й год. Поэтому наша задача – развивать не только русский язык и литературу как школьные предметы, но всю экосистему, в которой русский язык и литература являются основой формирования культурных компетенций и гражданского сознания. Потому что литература, язык и история – это три базовых предмета, которые влияют на желание жить в стране, любить страну и чувствовать единство с ее культурным наследием. Все, что касается воспитания нравственности, невозможно без русского языка, литературы, истории. Культура начинается с языка. Профессиональные компетенции, о которых говорят работодатели на форуме в Давосе, – это лишь часть образовательного результата, но далеко не все.


Партнер рубрики:

Библиотека им. Некрасова

© Опубликовано в журнале «Книжная индустрия», № 4-5 (146-147), май–июнь, 2017



Еще новости / Назад к новостям