Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

29.01.2017

Нонфикшен-литература в России и Германии: национальные особенности и общие тренды

Алексей Ильин
генеральный директор компании «Альпина Паблишер»

Карин Хербер-Шлапп
ведущий сотрудник редакции научно-популярной литературы издательской группы S. Fischer Verlage

Несмотря на границы, санкции и прочие неурядицы мировой политики, у Германии и России, по крайней мере в плане книгоиздания и книжной культуры, гораздо больше общего, чем различий. Издатели наших стран по-прежнему упорствуют в поиске формулы бестселлера, продают книги преимущественно в классических книжных магазинах, а их ожидания от электронных книг стали более реалистичными.

Совершенно очевидно, что книжникам наших стран есть что обсудить и, в отличие от политиков, проще достигнуть взаимопонимания. Надо встречаться, беседовать и учиться друг у друга, как это сделали в рамках ярмарки Non/fiction Карин Хербер-Шлапп, ведущий сотрудник редакции научно-популярной литературы издательской группы S. Fischer Verlage, лектор школы книгоиздательского бизнеса Mediacampus Frankfurt, и Алексей Ильин, генеральный директор компании «Альпина Паблишер».

О критериях и популярных темах нонфикшен-литературы

– Что понимают под нонфикшен-литературой в Германии и в России? Что такое рынок нонфикшен-литературы в Вашем понимании?

– Карин Хербер-Шлапп: В Германии фактически мы имеем дело с двумя огромными группами книг: фикшен (то, что придумано писателем) и нонфикшен. К последнему сегменту относится вся учебная литература, включая школьные учебники, огромное количество научных книг, специализированные издания (те, что мы привыкли называть научно-популярными) и вплоть до книжек-раскрасок для взрослых. Границы между различными видами изданий плавающие. Все зависит от аудитории, для которой написана книга, и ее назначения: нужна ли она по учебе, в целях повышения квалификации, для самообразования или просто для удовольствия. Именно здесь и проходит зыбкая граница между литературой специализированной, учебной и научно-популярной.

– Алексей Ильин: Я согласен с классическим определением научно-популярных изданий в российском ГОСТе, где к нонфикшену относят все, кроме художественной литературы и учебников. Но свой собственный рынок мы определяем несколько у´же – как серьезный нонфикшен без эзотерики, религиозной литературы и примитивного self-help. У нас есть приоритеты – это бизнес-литература, научно-популярные книги, история, естественные науки, – и есть те темы, которые мы охватываем в меньшей степени: подарочные издания, кулинарные книги, а также специальные профессиональные и глубокие научные. Мы стараемся работать на широкую аудиторию, поэтому такие книги в нашем каталоге встречаются, но не часто. Так что наше определение нонфикшен – это все, что не учебники (в России это, по сути, отдельный рынок), минус эзотерика, религиозная литература и self-help.

– К. Х.‑Ш.: Получается, что наши стратегии в этом плане совпадают. Издательская группа S. Fischer Verlage во Франкфурте также работает только с частью огромного нонфикшен-сегмента. Например, мы не занимаемся специализированной научной литературой, а кроме того, не издаем альбомы по искусству и кулинарные книги, отказались от религиозной литературы, эзотерики и всего, что с этим связано. Мы также не издаем книги self-help и подарочные издания. В Германии они не являются частью книжного рынка и фактически не представлены в классических книжных магазинах.

– Хотелось бы подробнее разобраться в том, что происходит на книжных рынках наших стран, а также какова динамика продаж у издательств «Альпина Паблишер» и S. Fischer Verlage.

– К. Х.‑Ш.: Две трети оборота нашего издательства – художественная литература, и прежде всего – книги для развлечения: детективы, триллеры. Эти издания покупаются в Германии в больших количествах. Оставшаяся треть и по количеству названий, и по доле от оборота издательства приходится на нонфикшен. Интересно, что это соотношение годами остается неизменным, максимально смещаясь на 2 % в ту или иную сторону, когда «выстреливают» отдельные издания. Если говорить об абсолютных значениях, то мы выпускаем около 340 наименований новых книг из области художественной литературы и 140 наименований нонфикшен в год.

– А. И.: В целом у меня противоречивые впечатления. Мне кажется, что рынок растет, по крайней мере в денежном выражении, но, возможно, есть спад в региональных продажах. Наше издательство ориентируется преимущественно на покупателей в крупных городах, таких как Москва и Санкт-Петербург, где мы видим рост спроса. И, пообщавшись с руководителями крупных компаний и книжных сетей, я думаю, по итогам этого года многие ведущие издательства будут говорить о росте продаж.

Сейчас в нашем портфеле около 1000 наименований книг, и каждый год на рынок выходит еще порядка 170 новых. У нас есть также подразделение, которое занимается заказными проектами, а это еще около 50 наименований ежегодно.

По итогам 2016 года мы ожидаем рост продаж в экземплярах на уровне 7 %, а в деньгах – 25 %. Средняя цена отгрузки у нас подросла на 14,8 %, но это не значит, что мы повышали цены, – просто ряд проектов подготовили для более высокого ценового сегмента. В этом году мы лишь иногда индексировали ценник на переиздания, но никогда не поднимали цен на тираж в остатках.

– Какие ниши или темы были наиболее успешны с точки зрения продаж в 2016 году? И можно ли в данном случае говорить о некоем мировом тренде, или это национальная специфика конкретных рынков?

– К. Х.‑Ш.: Мне кажется, что книжные рынки отдельных стран невероятно сильно зависят от национальных особенностей. Я была на многих международных книжных ярмарках, мы закупали права на издание отдельных книг, но, допустим, в США еще за год до прошедших недавно выборов вообще нечего было купить, так как все, что выходило, было связано исключительно с политикой.

В нашей издательской группе представлено два направления, и в каждом есть несколько ниш, которые растут опережающими темпами. Первое – это книги о политике, истории (прежде всего современной), и здесь мы ориентируемся на актуальные темы. Второе направление – это развлекательные книги карманного формата в интегральном переплете. Этот формат отличается от классического покета в мягкой обложке. Здесь мы ориентируемся на популярных авторов – ведь актеры, телеведущие, спортсмены, если им есть что написать, обеспечат своим книгам хорошие продажи. Но это, конечно, литература для внутреннего потребления.

Что касается глобальных трендов, то еще в 2015 году мы начали издавать книжки-раскраски для взрослых. Нам удалось получить права на издание книг королевы этого жанра Джоанны Бэсфорд, и в этом смысле мы в глобальном тренде. Кроме того, мы расширили этот сегмент за счет известных немецких авторов, и у нас все это прекрасно продается и развивается.

Кстати, поздравляю, 25 % – это замечательный результат по итогам года, просто роскошные цифры. У нас все в несколько раз меньше, и мы все равно довольны.

– Каковы предварительные цифры издательства S. Fischer Verlage по итогам года?

– К. Х.‑Ш.: Впереди у нас самые интересные три недели года – время перед Рождеством, самая горячая пора, когда может поменяться все что угодно. 24 декабря все закончится, и мы будем знать, выполнили план или нет. Пока мы идем в соответствии с планом и надеемся, что в конце года у нас будет 3–4 %-ный рост по сравнению с прошлым годом. Впрочем, могу раскрыть один секрет: мы издали роскошную биографию династии Романовых. Эта книга прекрасно продается и поможет если не перевыполнить план, то уж выполнить точно.

– А. И.: Мы тоже некоторое время занимались раскрасками для взрослых, но сейчас в России этот тренд уже подошел к концу. Я знаю, что многие издатели размышляют над тем, куда бы сбыть огромные складские остатки этих раскрасок и не устроить ли грандиозную распродажу. Мы были одними из первых в России издателей раскрасок для взрослых и смогли продать большое количество наименований, но сейчас резко остановились и даже решили отложить пару изданий, хотя и купили на них права.

В каталоге «Альпины Паблишер» есть существенное количество книг, продажи на которые только растут год от года. Например, на сегодняшний день мы продали более 250 тыс. экземпляров книги «Атлант расправил плечи», и все больше людей вовлекаются в философию, которую пропагандирует автор. Но самый главный наш бестселлер – книга С. Кови «Семь навыков высокоэффективных людей». Мы издаем ее с 2004 года, и ее суммарный тираж у нас приближается к 600 тыс. экземпляров.

Что касается бестселлеров этого года, то могу отметить книгу «С ума сойти!», посвященную психическим расстройствам жителей большого города, и, на мой взгляд, эта тема – один из трендов сегодняшнего дня. Тема нервных болезней, психических расстройств нашла отражение и в еще одном нашем бестселлере – «Век тревожности». Но нашим главным бестселлером последних месяцев является книга Максима Ильяхова «Пиши, сокращай. Как создавать сильный текст». Автор ведет очень популярный блог для главных редакторов, журналистов. И мы столкнулись с невероятной для последних лет ситуацией: печатали тираж, и он продавался по предварительным заказам до того, как мы доставляли его на склад. Мы все время думали, что вот сейчас ажиотажный спрос закончится, но нет… и мы снова ждем очередной тираж.

«Бестселлер – это не стационарная, а движущаяся мишень»

– Издатели всегда находятся в поиске бестселлеров. Каковы слагаемые успешности издательского проекта? От какого тиража начинается бестселлер в Германии и в России?

– К. Х.‑Ш.: В Германии три разных списка бестселлеров. Все зависит от типа переплета (мягкая обложка – покет, твердый или интегральный) и, соответственно, ценовой категории книги. В зависимости от того, какую ценность в книге видит читатель и покупатель, мы можем издать текст в формате покета стоимостью до 10 евро, в формате paperback ценой 15–16 евро или в классическом твердом переплете по цене 20 евро и выше. Например, если это уже упомянутая мною биография династии Романовых, то это не та книга, которую вы один раз прочли и забыли навсегда. Скорее всего, ее будут перечитывать, поэтому в данном случае люди готовы купить красивое дорогое издание в переплете и потратить больше денег. Абсолютно обратная ситуация с дешевыми покетами. Их прочтут один раз и отложат, они посвящены таким темам, к которым читатель не будет возвращаться, и стоят дешево потому, что люди просто не готовы платить за них много денег. Поэтому и тираж бестселлера в этих категориях разный. Если мы смогли продать 50 тыс. экземпляров качественного издания в твердом переплете (стоимостью от 22 до 26 евро), то уже можно говорить, что это бестселлер. Если же речь идет о книгах в мягкой обложке, то нужно продать от 100 тыс. экземпляров и выше, чтобы назвать эту книгу бестселлером. И когда издатели формируют свои программы на будущий год, то у них возникает масса вопросов, на которые сложно найти однозначные ответы. Что это за книга? Какой у нее потенциал? Будет ли готова целевая аудитория платить много денег? Можно ли ее дорого и красиво оформить, или, наоборот, стоит оформить попроще и зарабатывать деньги за счет тиража? К сожалению, формулы успеха здесь нет.

Очевидно, что публику должно заинтересовать одно из двух: имя автора или тема. Мы в издательстве просмотрели списки бестселлеров за несколько последних лет и попытались понять, что делает книгу успешной, какие признаки можно выделить. И выяснили, что это либо уже известные имена, которые находятся в верхних строчках рейтингов, либо книги на невероятно интересные темы. Если задуматься, это очень банальные слагаемые успеха, но каждый раз, покупая права на книгу, о них приходится вспоминать. Чем известнее автор, чем чаще его имя появлялось в прессе до выхода книги, тем лучше книга будет продаваться. Чем компетентнее автор, чем лучше он разбирается в своей теме, тем лучше книга будет продаваться, потому что люди доверяют ему. Многое зависит и от того, насколько хорошо удается «сделать спектакль» вокруг книги и автора, интересен ли он как личность, как он умеет общаться с аудиторией и прессой, есть ли у него интересная история, связанная с этой книгой. Если все это есть и хорошо сработает, то книга будет хорошо продаваться.

Так же банально выглядят и слагаемые успеха в плане выбора тем. Чем актуальнее и острее тема, чем сильнее она затрагивает чувства читателей, тем выше у нее шансы на рынке. С другой стороны, важны книги, темы которых существуют как бы вне времени и не зависят от текущего момента. Это напрямую влияет на бэк-лист издательства. Но в любом случае книга должна быть необычной, уникальной. И главное – угадать, что будет популярно через год, уметь думать не на шаг, а на целый год вперед. Нам часто это удается.

– А. И.: Для нас бестселлер – это то, что продалось за год тиражом более 10 тыс. экземпляров. У нас нет такой большой разницы между твердым переплетом и мягкой обложкой. Часто книга в мягкой обложке у нас стоит дороже, чем в твердом переплете. Конечно, в нашем каталоге есть серия бизнес-книг, которая ориентирована на профессиональных управленцев и бизнесменов. Книги этой серии мы позиционируем в премиум-сегменте, делаем их в твердом переплете, в суперобложке, с ляссе, и, как правило, там не очень большие тиражи.

Но что касается рецепта бестселлера, то у нас было много дискуссий по этому поводу, мы пытались нарезáть существующие бестселлеры на разные сегменты, искать что‑то общее и в итоге пришли к пониманию того, что бестселлер – это не стационарная, а движущаяся мишень. Если какая‑то тема, какой‑то автор сегодня оказались на гребне волны, это не значит, что так будет и завтра. Как правило, средняя тема выдерживает 3–4 книги и потом «сдувается». Так что, когда мы планируем книги, мы стараемся быть на одной волне с обществом, с интересами людей. Это достигается путем постоянного общения с лидерами мнений. Из них мы «вытаскиваем» авторов, стараемся увидеть темы, которые будут интересны не только сегодня, но и завтра. Характерный пример – книга «Вся кремлевская рать: Краткая история современной России» Михаила Зыгаря. Она вышла в октябре прошлого года, и на текущий момент мы продали ее тиражом более 100 тыс. экземпляров. Рецепт успеха в данном случае достаточно понятен: книга сама по себе написана блистательно, тема востребована, автор имеет очень широкую сеть социальных связей – на презентации издания было множество представителей СМИ и лидеров мнений, включая бывшего руководителя администрации президента. Потом у нас заказывали книгу из правительства, было очень много рецензий в прессе.

Так что наш рецепт бестселлера – это быть постоянно на одной волне с лидерами мнений, быть включенным в общество и именно там находить потенциально интересные темы и бестселлеры.

– Недавно команда японских исследователей разработала программу для распознавания жанра книги по изображению на ее обложке. Как создается дизайн книжных обложек в ваших издательствах?

– К. Х.‑Ш.: Это очень большой и сложный вопрос, которому мы уделяем много внимания. Ведь совсем «ужасная» обложка не поможет книге продаваться, а удачная – возможно, добавит несколько процентов к продажам. Надо сказать, что в нашем издательстве за оформление книги, изображение на обложке отвечает отдел маркетинга – дабы обеспечить прямую связь с продажами. Они решают, чтó там будет нарисовано, и зачастую используют сторонние методы, ноу-хау представителей книжной торговли. Иногда это приводит к конфликтам с редакторами и авторами, которые видят книгу по‑другому и не согласны с оформлением. Но мы всегда стараемся делать ставку на то, чтобы обложка книги выглядела привлекательно.

– А. И.: Обложка для нас – это важная составляющая книги, главный рекламный инструмент продаж, поэтому мы уделяем ей очень большое внимание. Каждую неделю обсуждаем дизайн на редакционном совете и стремимся сделать так, чтобы обложка удовлетворяла двум принципам – была понятной и уместной. То есть обложка должна передавать основную идею книги читателю, даже не знающему русского языка, и гармонировать с содержанием книги. Мы учитываем и различные технические моменты. Например, сейчас у нас очень большую долю составляют продажи книг через интернет. И для нас важно, чтобы название книги даже на маленькой иконке электронного каталога было читабельным. Очень важно и само изображение на обложке. Даже если тема негативная или сложная, как, например, в книге «На крючке» (про сложные отношения в семье), мы считаем, что по крайней мере обложка должна нести позитивный заряд.

Сейчас мы стараемся переломить предубеждение российской аудитории, которая считает, что книги нужно читать только на ярко-белой бумаге. Частью нашей маркетинговой политики в ближайшее время будет пропаганда чтения книг на тонированной бумаге, и мы думаем о том, чтобы больше книг делать на тонированной бумаге. Это бумага стоит даже несколько дороже, чем первоклассный белый офсет, который производится в России, но так как она более пухлая, то ее нужно меньше, и за счет этого себестоимость книги не растет.

«Книжные магазины – самый важный и надежный партнер для издателя»

– Какие каналы продаж приоритетны для ваших издательств: книжные магазины, интернет-магазины, FMCG-сети, библиотеки, корпоративные или прямые продажи? Какова динамика оборота этих каналов?

– К. Х.‑Ш.: Корпоративных продаж у нас нет совсем. Наши книги продаются в обычных книжных магазинах и через интернет. Amazon.com стал для нас сейчас вторым по величине каналом сбыта. Доля книг, продаваемых через этот интернет-магазин, превысила 20 %. Приоритетны для нас и крупные немецкие сети книжных магазинов, далее по значимости идут сети поменьше и, наконец, все это опускается до обычных книжных предприятий малого и среднего бизнеса. Мы полностью зависим от двух каналов сбыта: классическая книжная торговля и интернет. Это касается как бумажных книг, так и электронных. Доля книжных магазинов в общем обороте нашего издательства составляет не менее 60 %, в то время как в целом на книжном рынке ФРГ доля классической книжной торговли составляет чуть менее 50 %. Плюс реализация через автозаправки, обычные универмаги, то есть все те места, где можно выставить книги. Конечно, библиотеки у нас тоже закупают книги, но это не очень большая часть оборота.

Поэтому для нашего издательства очень важна работа с сетями и книжными магазинами. Книга должна быть представлена на их полках наиболее привлекательно для читателя, и поэтому мы стараемся предлагать магазинам выгодные условия. История показывает, что книжные магазины – самый важный и надежный партнер для издателя. И потом, Германия меньше России, и у нас книготорговая сеть почти равномерно распределена по стране. Нам в этом смысле проще работать: везде есть или филиал крупной сети, или какой‑то магазинчик поменьше вплоть до специализированных книжных, которые сейчас вновь стали возвращаться на рынок.

– Действительно, независимые книжные магазины в последнее время показывают количественный рост и в Америке, и в Европе, но в России пока этот тренд не столь очевиден, хотя доля продаж книжной продукции через классические книжные магазины превышает в целом по рынку 60 %. Каковы приоритеты в этом смысле у издательства «Альпина Паблишер»?

– А. И.: У нас интернет-канал и стационарные магазины занимают примерно одинаковую долю – по 35 %. Хорошим партнером для нас является интернет-магазин OZON.ru, который дает нам самую большую долю продаж в интернете. Если говорить о книготорговых сетях, то это прежде всего «Новый книжный», «Буквоед» и «Республика». Эти компании постоянно расширяют свои сети, открывают новые магазины, и благодаря им наши книги представлены в регионах. Помимо этого, мы активно работаем с оптовиками, которые закрывают для нас проблему поставок в маленькие региональные магазины. Примерно 15 % наших отгрузок приходится на оптовиков, и еще 10 % дают прямые продажи через собственный интернет-магазин и выездная торговля на конференциях и семинарах. На прочие каналы (библиотеки, FMCG) приходится лишь 5 % оборота, но мы рассчитываем в будущем улучшить ситуацию. Сейчас мы начали работать в детском сегменте с нонфикшен-проектом «AnimalBooks» и рассчитываем на хорошие продажи через FMCG-сети.

– До сих пор мы говорили о рынке печатной книги. А как вы оцениваете потенциал и возможные направления развития в сегменте электронной книги и электронных приложений?

– К. Х.‑Ш.: Для нас электронные книги последние 4–5 лет являются постоянной частью ассортимента. Как говорит директор издательства S. Fischer: «Наша задача не в том, чтобы печатать буквы на бумаге, а в том, чтобы содержание наших книг доходило до читателя в той или иной форме». Примерно 7–8 лет назад мы стали менять производственные процессы в издательстве, перешли на XML – язык разметки, который позволяет одновременно готовить и макет для типографии, и электронное издание. Пришлось потратить немало сил и финансов, но зато сейчас параллельно для каждого наименования мы можем готовить и бумажную, и электронную версию. Конечно, если в книге много таблиц или иллюстраций, то мы принимаем решение ограничиться бумажным вариантом, но, как правило, каждая книга выходит у нас и в бумажном, и в электронном виде (при наличии соответствующих прав).

Так как издательство S. Fischer было основано еще в 1886 году, то в его каталоге накопилось огромное количество прав и книг – более 5000 наименований. Сейчас мы переиздаем в электронном формате старые книги, вышедшие еще до появления цифровых технологий, а также предлагаем купить бумажную версию старого издания, напечатав под заказ несколько экземпляров.

В сегодняшней Германии ожидания от электронных книг стали более реалистичными. Да, когда‑то мы смотрели на США и думали, что и у нас на долю электронных книг будет приходиться 25 % и больше, но сейчас поняли, что реальность выглядит иначе. И хотя у многих есть еще старые читалки, но видимая тенденция – это смартфоны, все читают книги на экранах мобильных телефонов, на планшетах. Поэтому рост продаж специальных устройств для чтения электронных книг на рынке прекратился. В прошлом году доля электронных книг составляла 10 % от немецкого книжного рынка. У нас в издательстве – 15 %, и это связано с тем, что мы специализируемся на тех жанрах, которые люди любят читать в электронном виде с экрана, а не на бумаге: это классические романы, развлекательная литература, триллеры, детективы. Но эта тенденция не так сильно заметна в области нонфикшена. Очень часто нонфикшен-книги требуют особых типографских решений, которые чисто технически не удается перенести на экран.

– А. И.: У нас доля продаж электронных книг составляет порядка 10 %, но я ожидал, что по итогам 2016 года она будет существенно больше. Более того, в 2009 году я проспорил ящик пива моему коллеге, главному редактору издательства. В нашем споре я сделал ставку на то, что в 2016 году рынок электронных книг в США превысит в денежном выражении рынок бумажных книг. Я проиграл. Но по‑прежнему думаю, что со временем рынок электронных книг будет больше, чем рынок бумажных. В то же время рынок бумажных книг еще очень устойчив. Он прожил много столетий, и я уверен, что проживет еще не одно. Что касается нашего направления электронных книг, то мы всегда уделяли ему очень большое внимание. Несколько лет назад мы даже создали отдельную компанию в рамках издательской группы – «Alpina Digital», которая занимается продажей электронных книг и разработкой электронных платформ для продажи. Сейчас мы продаем книги в розницу через приложение «Бизнес-книги», на днях планируем запуск продаж электронных книг через сайт нашего интернет-магазина. Но самые серьезные доходы мы получаем от корпоративных продаж нашей электронной деловой библиотеки. В сегменте розничных продаж нам объективно не так просто конкурировать с «ЛитРесом» и Bookmate. Поэтому сейчас реально мы зарабатываем только на B2B-продажах, именно здесь получаем прибыль.

– В каталоге «Альпины Паблишер» доминируют переводные книги. А как обстоят дела у издательской группы S. Fischer Verlage, каково соотношение переводных и отечественных авторов?

– К. Х.‑Ш.: Надо сказать, что сейчас доля оригинальных изданий на немецком языке у нас растет очень быстро. Еще недавно доля прав, которые мы покупали за рубежом (преимущественно на английском языке из Великобритании и США), была выше, чем доля прав из Германии и немецкоязычного региона. Я знаю, что у нас в каталоге есть русскоязычные книги, но если говорить о том, что недавно выходило в нашем издательстве, то кроме книги Льва Копелева, которая лежит сейчас передо мной, мне ничего на ум не приходит.

И если говорить о книгах в сегменте нонфикшена, то немецкоязычные авторы просто лучше продаются из‑за того, что вокруг них проще сделать «спектакль» для прессы, общественности: эти люди пишут для немцев, на языке, понятном немцам, с точки зрения, которая им близка. С переводными изданиями все не так. Они интересны всё меньше и меньше. Конечно, есть международные бестселлеры, но если говорить о тех же англоязычных авторах второго плана, то их мы издаем все реже и реже.

Есть обратная сторона медали – продажи прав за рубеж. К сожалению, никто в мире не хочет покупать книги немецких авторов (с иронией). Хотя у нас есть прекрасные имена и совершенно замечательные, роскошные тексты.

– А. И.: На сегодняшний день в нашем каталоге порядка 70 % составляют переводные книги, и это меньше, чем было раньше. Естественно, мы стремимся увеличить долю русскоязычных авторов, но переводить – проще. С русскими авторами нужно очень интенсивно работать. Ведь большинство наших проектов готовится не писателями, а действующими специалистами, профессионалами далеко не литературных сфер деятельности. И чтобы сделать хорошую книгу, требуется очень серьезное вовлечение в работу наших редакторов. Они советуют, дают обратную связь для того, чтобы сделать книгу качественно. У нас даже есть целый класс книг, которые мы называем «продюсерскими», – когда наше издательство выступает инициатором проекта, обращается к автору и помогает ему сделать первоклассный продукт, подбирая иллюстрации, структурируя текст и так далее. Что касается переводных изданий, то у нас увеличивается доля книг, переведенных не с английского языка. Ведь сейчас права скуплены практически на все бестселлеры прошлых лет, и зачастую мы вынуждены покупать права и участвовать в аукционах, основываясь на неком синопсисе книги, которая еще только будет написана. На этом фоне мы всё больше и больше внимания обращаем на книги, написанные не на английском языке. Я помню, что у нас есть порядка 20 книг, переведенных с немецкого. Помимо них, мы выпускаем переводы с французского, итальянского, норвежского языков, есть переводы с голландского. Но главным для нас здесь остается лингвистический барьер. Так сложилось, что в нашем издательстве очень мало людей знают немецкий язык. Практически все говорят по‑английски, часть – по‑французски, есть те, кто говорят по‑испански, но с немецким, со скандинавскими языками у нас не сложилось. Так что основной источник информации здесь – это выставки. Если издатель может предоставить синопсис книги на английском языке, для нас это является огромной поддержкой. И если книга нас «цепляет», то рецензенты делают для нас перевод небольшого фрагмента. Тогда мы уже можем сделать более или менее осознанный выбор. Среди пере­водных книг с немецкого языка наш главный бестселлер – книги Виктора Франкла. Его «Сказать жизни “да”» мы продали суммарно более 60 тыс. экземпляров.

– Конечно, проблема взаимопроникновения культур остается, но важно начать диалог… И журнал «Книжная Индустрия» выражает признательность Карин и Алексею за подробную беседу об издательских рынках Германии и России, а также Центру немецкой книги в Москве и Франкфуртской книжной ярмарке за содействие в организации этого мероприятия. Спасибо!

Диалоги. Карин Хербер-Шлапп и Алексей Ильин

Партнер рубрики:

Библиотека им.Некрасова

© Опубликовано в журнале «Книжная индустрия», № 1 (143), январь–февраль, 2017



Еще новости / Назад к новостям