Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

01.03.2015

P.O.D. и светлое будущее глобальных информационных потоков

Александр Касьяненко
основатель и директор сервиса Ridero

Александр Касьяненко
основатель и директор сервиса Ridero

500 лет люди переворачивали страницы книги, с чувством слюнявили палец, подклеивали переплеты… Но сегодняшнюю реальность формируют миллионы файлообменников, нескончаемый информационный поток новостных лент, чатов и блогов… Мы увязли в буквах и картинках, и нам нет дела до многотонных тиражей бумажных книг, томящихся на складах. Но именно их печальная судьба и станет тем катализатором, который позволит отрасли измениться, стать актуальнее и мобильнее, а значит, успешнее с точки зрения бизнеса.

Что могут предложить технологии клиенту, утомленному непрерывным информационным шумом? Как изменится профессия издателя и сама книга? Об этом и о многом другом – сегодняшняя беседа Сергея Макаренкова, генерального директора издательства «РИПОЛ классик», и Александра Касьяненко, основателя и директора сервиса Ridero.

Рубрику ведет Светлана Зорина, главный редактор журнала «Книжная Индустрия».

Новые формы работы с контентом

– Светлана Зорина: В настоящий момент мы можем говорить не только об изменениях внешнего окружения книги, но и о коррекции фундаментальных представлений о том, что есть книга, для кого и для чего она предназначена. По сути, перед издателем стоит непростой выбор: адаптироваться к новым реалиям или исчезнуть.

– Сергей Макаренков: Википедия определяет издателя как человека или компанию, которые осуществляют материально-техническое обеспечение производства книг. Сегодня это утверждение кардинально неверно. Конечно, издатель должен найти контент, оформить его, определить коммерческий потенциал, но прежде всего издатель – это бизнесмен, который несет все риски, связанные с изданием. Издательский бизнес всегда был рискованным, и сегодня, как и все производство в России, он требует максимальной эффективности, что предполагает высокую производительность труда на всех этапах: от подготовки оригинал-макета до продажи издания. Книги должны готовиться к печати и тиражироваться гораздо быстрее, чем сейчас.

– Александр Касьяненко: Если говорить о выборе, то я скорее исчез, ушел из издателей и решил применить свой опыт уже на другом рынке, в интернет-технологиях. Сейчас я не вкладываю деньги в подготовку книг, не беру на себя никакие риски, просто предоставляю каждому желающему возможность опубликовать свой текст.

– С. З.: Всем равные возможности – именно с этой целью, видимо, и появились платформы Т8 и Ridero, предполагающие новые формы работы с книжным контентом. Расскажите об этих технологиях подробнее.

– А. К.: Ridero – это в первую очередь подготовка книги роботами. Вы загружаете в систему файл с несверстанным и, возможно, с ошибками набора текстом без выпускных сведений, а на выходе получаете готовую книжку с обложкой, которая плюс-минус сверстана, откорректирована. И далее вы можете либо сразу распечатать ее, либо распространить по электронным пользователям. Иными словами, мы предлагаем простые издательские инструменты.

– С. М.: У нашей платформы Т8 возможностей чуть больше. Она предназначена для создания, хранения, печати, дистрибуции контента в бумажном и электронном виде. Это большая система, на базе которой строятся коммуникации и диспетчеризация контента между дистрибутором (книжными магазинами) и издателем (или автором, который невольно становится издателем, вкладывая деньги в публикацию и неся те же риски). Наша платформа Т8 является прототипом технологии print-on-demand (P. O.D) американской компании Ingram Content Group. Это печать книги по требованию не только того, кто ее заказывает, но и того, кто хочет ее купить. Для платформы Т8 потребовалось создание и системы хранения контента (облачный сервис), и специальных программ по его диспетчеризации, программ для превращения контента в книгу, а также материально-технической базы современной цифровой печати, которая позволяет издавать продукцию от 1 экземпляра.

Подготовка контента и будущее издательской профессии

– С. З.: Не всё так просто. Наш редактор обратилась в сервис Bookvika, где ей было обещано в течение 5 минут бесплатно издать книгу. В результате книга вышла без корректуры с очень сомнительной типографикой. Так что возникает много вопросов по поводу качества тех изданий, которые появляются благодаря P. O.D. на рынке. При этом качество очень важно и для автора, и для пользователя.

– А. К.: Для пользователя важны две составляющие: качество и цена. Чем выше цена, тем выше будет качество. Цель Ridero заключается в том, чтобы даже в бесплатном исполнении книга имела 80 % от максимально возможного качества. За оставшиеся 20 % нужно доплатить. Многие авторы сделали бесплатно книги в Ridero, эти книги продаются, и авторы довольны. Вопрос качества во многом связан с развитием роботов, а появившиеся сегодня технологии решают даже очень серьезные задачи. Кроме того, в Ridero мы стараемся соединить возможности программного обеспечения и собственный профессиональный опыт. Например, в свое время я не только был издателем, но и занимался оформлением обложек книг. Поэтому при разработке типовых вариантов оформления мы опираемся и на мои знания, и на знания известных книжных дизайнеров, чтобы в любых ситуациях обложки книг выглядели хорошо. Наша цель – сделать так, чтобы человек мог пройти весь путь от своей рукописи до ее рекламы, не заплатив ни рубля.

– С. М.: Я исхожу из того посыла, что цель поставлена, но пока не достигнута. Сегодняшние технологии не могут быть бесплатно инсталлированы в хороший продукт. Попытка апробации программных роботов пока не дает того результата, который ожидает заказчик. И приведенный вами пример с «Буквикой» – как раз тому подтверждение. Пока не получается автоматически и бесплатно создать продукт, который полностью удовлетворил бы заказчика. Поэтому параллельно с такими сервисами развивается self-pub, который основан на традиционном издании, предусматривающем работу корректора, редактора, технолога и т.д. Конечно, всё развивается, улучшается работа роботов, возможности печати, но сегодня мы не можем говорить о том, что, не заплатив ни рубля, ты получишь хороший продукт. Всё не получается сразу так, как хотелось бы.

– С. З.: С высокой вероятностью автор, который хочет издать книгу качественно, готов заплатить деньги. И робот-платформа должна предоставить ему такую возможность.

– С. М.: Несомненно. В принципе, это нормальная параллельная реальность.

– А. К.: Это есть у Ridero. Если автор хочет дополнительные 20 % качества, то они стоят денег, так как в процесс включаются люди: редактор, корректор и др. Роботы бесплатно, люди – за деньги.

– С. З.: Интересно узнать ваше мнение о роли традиционных профессий в издательствах. Останутся ли они востребованными отраслью в будущем?

– С. М.: Мечта любого бизнеса – минимизировать человеческие ресурсы. Как бы кощунственно это ни звучало, но всё к тому движется. Когда это произойдет, никто не знает. На сегодняшний день мировой рынок книжного контента лидирует на фоне других контентных рынков. Его объем – $ 150 млрд, в то время как рынок музыкального контента – всего $ 50 млрд. Но в нашей стране оборот книжной отрасли составляет лишь 79 млрд рублей и из года в год падает, хотя его обслуживает большая индустрия, которая состоит как раз из тех людей, о которых мы говорим. Конечно, одномоментно все эти люди не останутся без работы. Но тенденция пугает следующее поколение профессионалов, которые должны прийти нам на смену. Уже сегодня поиск хорошего редактора, корректора становится проблемой. Но всё же, на мой взгляд, никто никогда не отменит традиционного взаимодействия редактора и автора, издателя и полиграфиста. Это останется в определенном сегменте, так же как параллельно существуют ниши цифровой и офсетной печати. И хотя тиражи сжимаются, увеличиваются сроки оплат, но типографии офсетной печати сохраняют оборудование, штат, инвестиции.

Технология Т8 позволяет минимизировать риски и повысить эффективность прежде всего для тех авторов, которые хотят сами издать свои книги. Она также решает проблему издателей с излишками тиражей. Ведь цифровая полиграфия – это не только цифровая машина, но и мощная IT-система, которая регулирует все потоки, начиная от печати и заканчивая дистрибуцией.

– А. К.: Я только отчасти согласен с тем, что нам нужны специалисты в издательской отрасли. Конечно, литературные редакторы – по сути микроиздатели, ведь они могут делать книги лучше. Но есть те, кто представляет собой чистый функционал – корректор, верстальщик. Например, корректор выполняет функцию проверки орфографии и пунктуации, его может заменить робот. В Германии уже более 20 лет финансируется правительством группа ученых, которая разрабатывает систему, способную полностью проверять язык со всеми возможными диалектами. Ни один корректор с этой системой не сравнится.

Конечно, в России мы пока еще очень далеки от таких технологий. Я проверял за корректорами и обнаружил, что у корректоров старой школы остается порядка 10 % ошибок, у ОРФО – 20 %, а у молодых корректоров – 50 % ошибок. Поэтому я не верю в продолжение этой специальности. Точно так же я не верю в верстальщика, кроме верстальщика-дизайнера, который оформляет сложные книги и, по сути, становится художником. Если издатель создает новые способы продвижения контента, новые идеи вокруг контента, то такой издатель сохранится. И, конечно, важна финансовая составляющая. Нужны деньги, чтобы заявить о себе, показать, что ты кому‑то интересен. Издатель-финансист должен браться только за бестселлеры. Если у книги уже большие тиражи, значит, можно вкладывать деньги, выстраивать рекламную экономику.

Нужен ли отбор качества контента, или пусть все решает рынок?

– С. З.: Очень важен вопрос качественного отбора контента, объем которого уже достиг 3 млн наименований. Должны ли владельцы технологических платформ фильтровать контент, или рынок сам отрегулирует?

– С. М.: На самом деле и издатели могут пропускать плохой контент. Это дело вкуса. Конечно, любой издатель выпускает продукт, в котором он видит некий тренд рынка, вероятные удачные продажи или поддержку собственного имиджа. И для кого‑то имидж гораздо важнее денег. Потребитель контента тоже совершенно разный. Глупо предлагать философские произведения аудитории, которая ничего не читала, кроме простеньких детективов. Издатель должен четко понимать, с каким контентом и в какую аудиторию он заходит. Это же относится и к самиздату. В моем понимании самопубликаторы – те же издатели. И кто их может ограничить в стремлении дать рынку то, что, по их мнению, может иметь свою аудиторию? Возможно, это аудитория их семьи, для которой то, что они пишут, более значимо, чем любые произведения классиков.

– С. З.: Платформы Т8 и Ridero открыты для любых издателей?

– С. М.: Да. Через эти платформы мы пропускаем всё, что не противоречит закону. В электронном виде всё свободно. Однако попадание напечатанного контента на физические книжные полки магазинов – это уже отсекающий момент.

– А. К.: Законы должны соблюдаться. И помимо очевидных законодательных ограничений у нас есть и второй фильтр, который отсекает плагиат. Автор часто не задумывается над тем, что использует чужую иллюстрацию, например. Наша программа проверяет всё автоматически и если что‑то подозревает, то затем это перепроверяет человек.

– С. М.: Вот и новая должность – цензор.

– С. З.: Иными словами, автоматически в свет ничего не выходит.

– А. К.: В России – нет. Это зависит от законов государства. В Америке – наоборот, может выйти в свет всё что угодно, но пользователи сообщают, если нарушены авторские права. На этом основании произведение изымается из публичного оборота. На самом деле такой вариант надежнее, так как из‑за постоянной смены законодательных инициатив приходится постоянно обновлять фильтры и заново прогонять через них весь контент. Например, если вы 5 лет назад выпустили книжку с матом в тексте, то сегодня она стала незаконной и должна быть изъята.

Раньше книга была частью развлечений. Люди приходили в магазин, и у них был небольшой выбор из того, что за них уже отобрали издатели. Информация о книгах распространялась медленно, но книги продавались. Сегодня же информация о появлении какого‑то контента может распространиться буквально за месяц, и благодаря рекомендациям тираж такого контента, который отвечает запросам людей в данный момент, будет огромным. Средние тиражи исчезают: либо у вас супербестселлер, либо «трава». Причем масштаб бестселлера зависит от ниши рынка. Книга какого‑нибудь ученого-теоретика может разойтись тиражом 50 экз., став супербестселлером в своей нише. Такой рынок тоже есть, и о нем не надо забывать. Наши платформы удобны для выявления потенциальных бестселлеров массового рынка и для выхода книг, у которых реальный тираж просто не может превышать 100–200 экземпляров.

– С. З.: Таким образом, с помощью данных сервисов возможности для читателя расширяются невероятно…

– С. М.: Массив электронного контента огромен. И сегодня очень важен корректный перевод этого контента в бумажную книгу. Ведь любому автору, чтобы стать настоящим писателем, все‑таки надо издать книгу в бумажном виде, подержать ее в руках. И этот психологический аспект сохранится еще долгое время. Конечно, возможности расширяются, но это не значит, что все электронные тексты попадут на полки книжных магазинов. Сегодня представление о том, что книжный магазин – это единственное место, где можно купить книгу, уже утопия.

Продвижение и дистрибуция контента: что нового?

– С. З.: Автор, выбирая сотрудничество с платформой, формат, в котором выйдет его книга, так же может выбрать и способы продвижения и дистрибуции своего контента? Какие варианты заложены в новой технологии?

– С. М.: У действующих издательств уже сложилась определенная линейка авторов, проектов, но они продолжают искать контент, покупают его, заказывают, создают. При этом у них есть огромный массив контента, с которым они не знают, что делать, потому что эти книги нерентабельны, ведь дистрибуция сегодня нацелена только на новинки. И платформа Т8 позволяет издателю напечатать в определенном количестве то, что ему заказала дистрибуция, и доставить в нужную точку. Да, можно напечатать несколько экземпляров одного наименования, но если у тебя линейка из нескольких миллионов наименований, то получается довольно приличный суммарный тираж. Крупные издательства считают, что это нерационально, т.к. они привыкли работать с бестселлерами. В то же время у нас в России достаточно велик срез средних и мелких издательств, которые испытывают трудности в дистрибуции – не могут продать то, что напечатали. И платформа Т8 позволяет таким издателям сократить риск до минимума и нарастить эффективность, предоставив возможность апробации книг на рынке. Это скорее платформа для профессионалов, к которой могут подключаться и самопубликаторы.

Но вообще хотелось бы отметить: в книжном сообществе сложилось неверное впечатление, что self-pub – это плохо, это какие‑то графоманы, решившие что‑то напечатать. По опыту нашего издательства могу сказать, что в self-pub процент качественной литературы достаточно высок, и авторы некоторых издательств уступают самопубликаторам. Просто на сегодняшний день очень важен презентационный момент. И авторы хотят работать с профессиональным издательством, надеясь на то, что их произведение будет достойно представлено дистрибьютору. А так как издательства сегодня не могут найти столько денег, чтобы продюсировать все талантливые проекты, то возможность автора быть продюсером в контакте с издательством может дать неплохие результаты. Мы рассматриваем автора не как человека, который хочет что‑то напечатать, а как партнера, который вступает с издательством в деловые отношения. Он находит людей, которые верят в его проект и дают ему деньги, издатель – публикует и представляет дистрибуционным каналам. Конечно, сейчас новая платформа требует много встреч, разъяснений, но если сохранится текущая тенденция, то к 2018 году издания с тиражом в 500 экземпляров будут составлять 50 % рынка, а значит, офсетная печать и вложения в продукт резко сократятся.

– А. К.: Автор предлагает читателю свой текст, а в какой форме – это уже вопрос второй. У каждой из форм представления есть плюсы и минусы. Выбор за читателем, он становится главной фигурой на рынке. Сегодняшние технологии позволяют ему выбрать, как должна выглядеть книга в бумажном исполнении, а в электронном формате эти возможности еще шире. Всё, что есть у автора, – это текст. На первом этапе он должен доставить его читателю и только на втором этапе – начинать им торговать. Наша платформа Ridero – в большей степени литагент. Хотя мы будем стараться давать электронные инструменты продвижения, в плане традиционной дистрибуции я больше вижу Т8. Поэтому если у автора уже есть 10 тысяч читателей, то ему уже можно перейти к издателю, а если не получается 10 тысяч, то на Т8. А если читателей еще нет, но их нужно создать за минимальные деньги, то в этой ситуации можно воспользоваться Ridero. Здесь я не вижу конкуренции, а скорее взаимную пользу.

Сегодня традиционные книжные магазины не способны выполнять свою функцию. Пример из собственного опыта: мне нужна была книга, компьютер магазина показал ее наличие, но после часового поиска по всем отделам найти книгу так и не смогли. Я потерял время, чтобы туда доехать, время на поиск в магазине и все равно книгу не получил. Это типичное свойство офлайн-магазина. Гораздо удобнее электронная дистрибуция как печатного, так и цифрового контента. Контент должен приходить ко мне моментально, как только я задал вопрос поисковику. Офлайн-магазины я вижу скорее как клубы, которые объединяют людей по интересам. Это не место, где есть полки и «ходи, выбирай».

– С. М.: Офлайновые, да и интернет-ма­га­зины сегодня не в состоянии удовлетворить запросы читателя. И печать по требованию – это тот механизм, который позволяет найти и выполнить заказ. В каталоге Ingram более 2 млн наименований книг. У нас эксклюзивный договор с Ingram о том, что их книги на иностранных языках мы делаем частью каталога, доступного жителям России. Точно так же они будут представлять наш каталог.

– С. З.: Каков объем российского каталога?

– С. М.: Сейчас он составляет около 1 млн наименований. У нас идут сложные переговоры с издателями. Многие боятся, что их контентом будут пользоваться нелегально, хотя мы реализуем совершеннейшие системы защиты. И по большому счету, другого пути просто нет. Обмен глобальными монетизируемыми потоками – это будущее.

– С. З.: А каков контент Ridero?

– А. К.: Мы не занимаемся контентом как таковым. Мы занимаемся отработкой технологических процессов. Отслеживаем ошибки, которые наиболее часто встречаются, разрабатываем макеты обложек, чтобы они хорошо выглядели, работаем со шрифтами. Мы не даем никакой рекламы, но у нас есть постоянный рост. Сейчас нами создано порядка 4 тыс. наименований, приходят как начинающие авторы, так и люди с именами. К нам обращаются и американские издательства с новыми подходами к книжному рынку.

Инвестиции, окупаемость и будущее бумажной книги

– С. З.: На чем Ridero зарабатывает?

– А. К.: Мы зарабатываем на комиссии с любых действий, которые пользователь совершает через нашу систему. Он может захотеть продаваться через нас в магазинах, обратиться к корректору, рекламировать себя по телевидению. Со всех этих действий мы возьмем маленькую комиссию.

– С. З.: Это сервис молодой, сколько лет Вы им занимаетесь?

– А. К.: Идее пять лет. Три года назад мы первый раз попытались сделать автоматическую систему верстки, но потерпели фиаско, потому что работа с текстом на экране еще сложнее, чем с видео. Получилось только с третьей попытки.

– С. З.: Сегодня Ridero уже вышел на само­окупаемость?

– А. К.: Нет. И в ближайший год мы не выйдем на самоокупаемость. У нас есть инвестиции в технологическое развитие и выход на европейский рынок.

– С. З.: Проект Т8 предполагает серьезные инвестиционные вложения на уровне 6,5 млрд рублей. Какова его бизнес-стратегия?

– С. М.: 6,5 млрд рублей – это наша цель. Проект предполагает инсталляцию печатных сервисов по всей стране. Пока у нас такой сервис только в Москве на площадке «Технополис». На сегодняшний день инвестиции составили около 10 млн евро. Это самая современная типография в России, настоящее цифровое производство. Нам удалось запустить его за рекордные 3 месяца после инсталляции. Кроме того, у нас серьезные вложения в IT-платформу, ведь все процессы от создания контента до его дистрибуции и монетизации должны быть взаимосвязаны, а также должна быть установлена связь с каждым из дистрибуторов этого продукта. На сегодняшний день мы начинаем работать с self-pub. Планируем за счет создания этой системы сэкономить до 40 % средств. Многие издательства до сих пор считают деньги так, как считали 5 лет назад. Но сейчас всё иначе, и по сумме оборотных средств и людских ресурсов тираж в 300–500 экземпляров экономичнее тиража в 3000. При этом издатель не тратит все деньги в один момент, но может потом постепенно допечатать необходимое количество экземпляров. У нас установлены тесные отношения с издательствами «РИПОЛ классик», «Альпина Паблишер», «Питер», «Белый город». К маю мы должны запустить дистрибуционный склад. Сейчас у нас проходят встречи с издательствами Clever, «Академический проект». У этих издательств есть потребность в широком ассортименте и небольших тиражах. Конечно, сейчас мы все столкнулись с трудностями… Кризис, падение рубля, остановка инвестиций, проблема с поиском инвесторов. Поэтому пока переговоры приостановлены. И хотя проект Т8 был запущен только в январе 2015 года, уже пошел процесс монетизации, мы в состоянии «отбивать» наши затраты и с оптимизмом смотрим в будущее.

– С. З.: Учитывая появление такого серьезного проекта, судьба бумажной книги в России имеет хорошие перспективы. В Америке рост электронной книги приостановился. Каков ваш прогноз по российской ситуации?

– А. К.: На рынке электронной книги в России будет продолжаться 100 %-ный ежегодный рост. Сейчас изменение форматов сливает книгу с самой сетью, будут появляться новые интерактивные решения, новые пользователи. В России ситуация с бумажной книгой гораздо хуже, чем с электронной. Нет никакой программы поддержки книжных магазинов, в школьных библиотеках нет книг, отсутствуют инструменты анализа потребительского спроса, рекомендательные сервисы. Я очень боюсь за бумажную книгу. В этой ситуации всё более востребованными становятся сервисы печати по требованию.

– С. М.: В России бумажная книга сохранится еще довольно долго, хотя тиражи падают, и этот тренд остановить будет крайне сложно. Электронная книга пока составляет мизерный процент в общем объеме продаж, и к 2018 году именно печать по требованию займет до 50 % рынка. Ведь самое разумное – не возить книгу, а печатать ее там, где она востребована.




Партнер рубрики:

© Опубликовано в журнале «Книжная индустрия», №2, март, 2015


Еще новости / Назад к новостям